Игра

Игра
Жанр:
  • Реализм
  • Мелодрама
  • Другое

Почти целый день они провалялись в постели, хотя погода в этот день особенно радовала. Солнце, заливающее тёплым светом весь двор, отражалось в лужицах, играло на влажной после дождя листве, жёлтые и алые тюльпаны, покачиваемые весенним ветром, тянулись из клумб к небу. Ева мельком бросала взгляд в окно, замечая, как не спеша прогуливается народ, без шапок, в куртках нараспашку, и вновь возвращалась телом и душой к Константину. С ним остальной мир переставал существовать. Стоило ему прикоснуться, и, казалось, что стены, дома, улицы бледнеют и расплываются.

Когда они обсуждали, голые под простынёй, как провести вечер, их шёпот прервался звонком телефона.

Схватив трубку, Ева легла на живот.

– Как насчет того, чтобы куда-нибудь сходить? – спросила подруга. – Настроение сегодня мерзкое, дома просто тоска.

– Я с Костей, – Ева перевела взгляд на любимого. Тот беззвучно прошептал губами: «Привет». – Передает тебе привет.

– Ему тоже привет, – отозвалась Нина. – И сколько ты планируешь ещё трахаться?

Константин громко засмеялся, в очередной раз удивляясь прямолинейности этих девчонок.

– Ну, как бы тебе сказать... – улыбнулась Ева.

Константин провёл рукой вниз по изгибу её спины. Ладонь медленно заскользила по бёдрам, вызывая приятную дрожь. Ева тихо всхлипнула и закрыла глаза, когда пальцы нырнули между её раздвинутых ног. Ей хотелось ответить подруге, что пробудет с любимым до позднего вечера, а если он сможет, то и всю ночь, но слова, будто повисли на языке.

– Если хочет, пусть составит нам компанию, – сказал Константин.

– Это ты о чём, – бросила она укоряющий взгляд.

– О том, чтобы вечером куда-нибудь сходить, в клуб или кафе, – снисходительно улыбнулся он, продолжая её поглаживать. – А ты что подумала?

– Почему бы всем вместе не повеселиться вечером, – перевернувшись на спину, всё так же держа телефон возле уха, произнесла Ева. – Что скажешь?

– Не знаю. Как-то не хочется быть третьей лишней.

– Не переживай. Мы сегодня натрахались, – Ева старалась придать голосу бодрости. Натрахалась? Кого она пыталась обмануть? С ним не хотелось вылезать из постели. Даже если чувствовала, что насыщена Константином до дрожи в ногах, она его не отталкивала.

– Может, найдём для Нинки парня, – Константин переместил руку на её грудь, коснулся пальцами сосков.

Не представляю, каким образом выискивать ей парня, подумала Ева, отключая телефон. Странно, что она ещё о чём-то думала, когда в голове пульсировало только одно желание…

Ева поднесла его руку к губам и поцеловала. Константин вздохнул, и этот короткий вздох подстегнул её продолжить ласки. Она провела языком по его пальцам от основания до кончиков, будто очерчивая линии. Потом засунув глубоко в рот, плотно сжала губами и, слегка вынимая и вновь погружая, стала обводить их языком уже внутри рта. Ей хотелось заставить его представлять, что она представляет, хотелось его возбудить прикосновением лишь к пальцам.

 

До вечера оставалось полно времени, хотя с ним целый день пролетал, как один счастливый миг. Мысленно воссоздавая по крупицам их встречу, Ева иногда не могла вспомнить, куда они ходили и что говорили друг другу. Этот день, наверное, отложится в памяти приливом нежности.

Ева провела ладонью по шее, рельефу плеч и дальше по руке до запястья Константина, чувствуя, как он напрягся, сдерживая дрожь. Жёсткие волоски на его теле щекотали её кожу. Еве нравилось касаться их подушечками пальцев и ощущать грудью, когда он прижимался. Она радовалась, осознавая, что рядом с ней такой зрелый, сильный и чуткий мужчина. Может, всё шло с детства, может, ей не хватало родительского тепла, но сейчас, с Константином, кажется, восполнялся этот пробел в жизни. Он давал защищённость.

Константин перехватил её руку и потянул к паху. В ладонь упёрлась упругая головка члена. Ева застонала, представляя, как он входит, движется рывками внутри её вагины бесконечное число раз, упираясь так же, как и в ладонь, в гладкие стенки. В такие моменты ей нравилось ощущать собственную беспомощность, даже хотелось грубости. И Константин был грубым, ровно настолько, насколько она желала. Он улавливал малейшие изменения в настроении, понимал её без слов.

Ева растворялась в его любви, но в голове начинали свербеть мысли, что ей уже недостаточно одного дня в неделю, который он отвёл для встреч с ней. Чувства, эмоции, впечатления – единственное, что он мог ей дать. Да, это не мало, далеко не мало, но завтра он уедет, и жизнь вновь рассыплется на осколки, она вновь будет думать, чем занять себя вечерами, после учёбы и работы, лишь бы не впускать в себя грусть. От этих размышлений в груди сдавило, к горлу подступил неприятный комок горечи. Чёрт бы побрал эту ненавистную горечь. Почему сейчас, когда он лежит рядом, когда они касаются друг друга? Стискивая рукой его набухший твёрдый член, Ева прикрыла веки, будто пыталась спрятаться внутри самой себя, затаиться в самый тёмный угол, подальше от навязчивых мыслей.

– Посмотри на меня, – прошептал Константин. – Я люблю тебя, слышишь?

И как ему только удавалось так тонко всё чувствовать? Ева улыбнулась, зная, что произойдёт, стоит встретиться с ним взглядом. В его серых глазах помещался целый мир, где не было места для боли и страданий, если только для тех, какие пожелает сама.

Обняв за талию, Константин притянул её к себе, задышал в лицо, касаясь губами её губ, настойчиво раздвигая языком рот. Ева выгнулась и приоткрыла губы для поцелуя.


Вечером уже втроем они сидели за столиком в бильярдной, распивали пиво и курили, выпуская вверх облачка дыма. Константин попросил надеть Еву короткое чёрное платье с глубоким вырезом на спине, которое она носила без бюстгальтера, и теперь был рад разглядывать в нём её точёную фигуру и соски, шкодно торчащие под тонкой материей. А вот то, что она курила одну сигарету за другой, его ужасно раздражало.

– Это твоя вторая сигарета за полчаса. Я с тобой не поцелуюсь, – пригрозил, заметив, что Ева подкуривает очередную сигарету, – если от тебя будет разить, как от табакерки.

– Как страшно. Напугал, – фыркнула она. – От тебя тоже теперь будет разить, как от табакерки.

– Я мужчина – мне простительно.

– Если табакерка с табакеркой будут целоваться, то никто из них не ощутит, кто больше выкурил, а кто меньше.

– А я смотрю, ты сегодня остра на язык. Это твоя подруга так на тебя влияет? – подмигнул он Нине. – Давай тогда чаще ее приглашать с нами.

– Вы что соревнуетесь, кто больше выкурит, а кто меньше? – Нина потушила свою сигарету в пепельнице и, подняв бокал с пивом, сделала большой глоток.

– Угу, – улыбнулся Константин. – Приглашаю принять участие в соревновании – кто меньше выкуривает, тот и выигрывает.

– А какой приз?

– Узнаешь потом.

– Что значит потом? – наседала Нина. – Нет, так я не подписываюсь. Давай сразу, что за приз и когда потом?

– Я – ваш приз. Так устраивает? – отодвинув стул, Константин встал из-за столика.

– Такой приз и не утащишь, – засмеялась Нина, пробегаясь взглядом по его телу снизу вверх.

– Утащишь, утащишь, – засмеялся в ответ. – Ладно, шутки в сторону. Вы, надеюсь, не возражаете, если я побуду вашим учителем?

– И чему же вы будете нас обучать? – облокотившись на стол, сощурила глаза Ева. – Курящий курящему будет рассказывать о вреде курения?

– Не угадала, – передразнивая её, сощурился Константин.

Оплатив за игру, он подошёл к Еве и подал кий. Ему нравилось её заводить. Обычно она отмалчивалась, напуская на себя серьёзность, но сегодня, казалось, у неё игривое, весёлое настроение. Это хорошо. Выпитое пиво расслабляло, в голове уже начинало шуметь. С радостью Константин сейчас упал бы на мягкий диван, закрыл глаза и уснул. Но он так же знал, что завтра ему нужно будет уехать на неделю, и либо он в моменты тоски будет наслаждаться воспоминаниями этого вечера, либо проведёт все семь дней в ожидании очередной встречи, упрекая себя, что вместо веселья с ней, предпочёл отдых на диване. Приобняв сзади, он нежно поцеловал Еву в шею и спросил разрешения подойти к её подруге, чтобы показать, как правильно держать кий.

Затем обошёл бильярдный столик. Прижимая торсом Нину к борту, он не сводил взгляда с Евы. В её глазах не было осуждения, наоборот, в них читалось любопытство.

– От этого зависит качество игры? – Нина залилась румянцем, когда Костя попросил её прогнуть сильнее спину.

– Ещё как зависит, – улыбнулся он глазами.

Ева видела, что Костя положил руку на талию её подруги. Кожу обсыпало мурашками. Нина бросила на неё удивлённый взгляд, но она тут же отвернулась, сделав вид, что ничего не заметила. Почему-то она желала, чтобы игра продолжалась, совсем другая игра, не в бильярд. Предвидела ли она такое развитие событий, когда звала Нинку с ними погулять? Нет, это было неожиданно, но в то же время, в её голове давно уже сидела дикая, безумная мысль. Кажется, не у неё одной...

– Покажи своей подруге, как правильно нужно прогибать спину, – донёсся приглушённый голос Константина, будто их отделяла стена, а не бильярдный столик.

Ева замешкалась, раздумывая, вдруг она пойдет у него на поводу, а он потом скажет, что это было вульгарно. Вдруг, таким образом, он её проверяет, хочет узнать, есть ли у неё кнопка «стоп», тот самый предел дозволенного. А с другой стороны, не она же начала эту игру.

– Ну же смелее, – подстрекал Константин.

Ева мысленно очертила путь прицельного шара в лузу и, метясь кием, широко расставила ноги и прогнула спину, сильнее, чем требовали правила игры. Её платье поднялось, слегка приоткрывая кружевную окантовку чулок. Глубокий вздох. Твёрдый, резкий удар, и шар попал в цель.

– Да, вот так это должно быть, – похвалил Константин, жадно скользя взглядом по длинным ногам и плавным изгибам её фигуры. Странно, но, кажется, сама Ева не осознавала, не понимала своей красоты.

Он взял у Нины кий и, натерев его кончик мелом, вновь вложил ей в руки. Когда она склонилась над столиком, тесно прижался сзади. Её ягодицы, обтянутые джинсами, были круглыми, узкими, как у мальчишки. Его это завело. Хотя, возможно, его завела сама ситуация, что он тискает другую девушку на глазах у Евы, что она это позволяет. Он поправил пальцы Нины, подставленные под кий, и чуть ли не касаясь губами её уха, стал объяснять правила дуплета, когда шар вначале ударяется в борт, а потом попадает в нужную лузу.

– Ты считаешь, что в бильярде главное забить шар?

– Нет, конечно, – ответила Нина. – Главное прогнуть спину и широко расставить ноги.

– Вот, видишь! Ты, оказывается, способная ученица, – засмеялся Константин, снова переходя к Еве.

– Ты самая лучшая, – шепнул, целуя её в оголённое плечо.

Ева хмыкнула в ответ, потёрлась щекой об его щёку.

– Учитель, куда же вы? – притворно обиженно вскрикнула Нина.

– Девушка, вы мешаете нам. Теперь я должен объяснить правила игры второй ученице.

– А что же мне делать, пока вы будете тут уединяться? – Нина состроила печальную гримасу.

– Да? Мы уединяемся? В таком случае предлагаю тебе подержать нам свечку.

– Вам темно?

– Очень темно. И раз уж нас не видно, мы можем делать, что хотим, – Константин скользнул рукой к Еве под платье. – Вот почему мне так нравятся платья с глубокими вырезами, очень удобно.

Они обменялись лукавыми взглядами, как заговорщики. Обхватив ладонью её гладкую грудь, Константин зажал, слегка скрутил пальцами сосок. Он не отпускал эту маленькую бусинку, пока Ева не издала короткий стон.

– Ну, ну, вы здесь не одни, – воскликнула Нина.

– Да, правда? А мы не заметили, – пряча взгляд, промурлыкала Ева. – Темно ведь.

Ей хотелось его целовать, хотелось оказаться с ним в постели, хотелось, чтобы он обладал ею прямо здесь и сейчас. Ева понимала по дыханию, по дрожи в его голосе, что он тоже её желает.


Константин нехотя отстранился. Заказал официанту три бокала пива, вернулся к столику и присел на диван, обводя взглядом подтягивающийся народ. Несколько мужчин прошли, чуть ли не свернув головы, мимо бильярдного столика, за которым играли девчонки. Его это позабавило. Хотя внутренне он сжался, готовый вскочить в любую минуту, если кто-то из них приблизится к его женщине.

Музыка в баре заиграла громче. Одна композиция тут же сменилась другой, что-то противно зашипело. Ди-джей, видимо, настраивал аппаратуру.

Константин был уверен, что Еве понравилась его игра, но она не проявляла инициативу. Нужно было что-то ещё сказать, сделать…

– Девочки, а сейчас мы рассмотрим следующую тему – кладку, – выкрикнул Константин, стараясь улыбаться беззаботно.

– Кладку?! – одновременно переспросили подруги.

– Да, кладку, вы не ослышались.

– Предлагаешь нам выкладывать яйца? – пошутила Нина. – Вот это действительно тема.

– Как ты догадалась?

– Я это сразу поняла, зачем же еще меня сюда позвали?! – попав шаром в лузу, Нина выпрямилась и гордо улыбнулась.

– Ну, тогда прошу на насест.

– Насест это где, я извиняюсь спросить? – взяв бокал, запотевший от холодного пива, Нина отхлебнула пенку.

– Ты действительно желаешь узнать, где у нас насест? – Константин положил руку на ширинку, обхватив пальцами давно уже пульсирующий бугорок.

– Нет, нет, нет! – запротестовала Нина, чуть не расплескав пиво. Она сделала несколько глотков и поставила бокал на столик, поняв, что, если сделает ещё один глоток, её стошнит. – Уступаю насест для Евы.

Улыбнувшись подруге, Ева пристроилась у Константина на коленях.

– На этом насесте и тебе места хватит, – не удержался он от словесной перепалки.

Пересадив Еву на одну ногу, он привлёк и усадил Нину на другую. Константин любил шутить и часто шутил в компаниях, но с восемнадцатилетними девчонками не знал, как себя вести. По их улыбающимся лицам невозможно было понять, не перегнул ли он палку. Своим развязанным поведением они толкали его на дикие забавы и шутки ниже пояса.

– Ты ничего не напутал? – Нина хотела вырваться, но разжать его сильные руки у неё не получалось.

Все парни, с которыми она встречалась, были не старше двадцати пяти лет. А таких взрослых, крепких мужчин она побаивалась, почему-то ей думалось, что они могут причинить боль. Константин не был накаченным, насколько ей известно, не посещал тренажёрный зал, скорее, он от природы был таким огромным, мощным, как буйвол.

– Абсолютно ничего, – он повернул голову к Еве, встретившись с ней взглядом. Его серые глаза блеснули. – Ты как считаешь, напутал я что-то или нет?

– Не могу точно сказать, – улыбнулась она, запуская пальцы в его волосы.

– Знаете что... Как насчет того, чтобы вновь встать в позы, девочки.

– Какие еще позы? – от пива у Нины кружилась голова, она теряла нить разговора.

– Все те же, те же. Расставить ноги и прогнуть спину.

– Я смотрю, ты в конец обнаглел, – Нина ущипнула его, пытаясь высвободиться. Его поведение перешло все границы, а Ева, кажется, даже не собиралась его одёргивать. Она бы ни за что не позволила так себя вести, будь это её мужчина.

– Уверяю тебя, я в конец не обнаглел.

– Озабоченный извращенец! – воскликнула Нина, наконец-то, выскользнув из его объятий. Непонятно почему, но на расстоянии всё воспринималось веселее.

– Кто бы говорил! Так мы продолжаем играть в бильярд или нет? – уже с серьёзностью добавил Константин, потягивая пиво.

– Конечно, конечно, наш учитель, – Ева чмокнула его в губы и тоже поднялась.

Из бара лились приятные звуки саксофона. Звучала песня "Shape of my heart". Стоит набраться терпения, размышлял Константин, и как в медленном танце повести за собой неопытную партнёршу. Этим вечером у него было их две.

– В бильярде важно не только забить шар в лузу, нужно правильно поставить биток для следующего удара. Это называется кладкой, – пояснил он, дождавшись, когда подруги встанут по разные стороны бильярдного стола.

– Вы уверены, учитель, что употребляете верное слово? – всё же подыграла ему Нина.

– Ты про кладку? – уточнил он.

– Я про то, чтобы поставить биток для удара. Вы уверены, что биток ставят, а не вставляют?

– Теперь уже не уверен, – озорно прищурился Константин…

01:05
186


01:08
Решила выложить в продолжение эротики и юмора)) Это кусочек из середины романа, так что обрывается он на самом интересном месте))
И-и-и-и-и-и) А дальшеееееее!!! Аняяяя! Так не честно!
А дальшеееееее!!! Аняяяя! Так не честно!

Ни дальше, ни ближе не могу выложить. Роман надо шлифовать. С этой главой вчера весь вечер возилась перед выкладкой, и то вышло далеко не гладко. нужно находить время, садиться и спокойно работать, нет смысла сейчас править какие-то главы в отдельности, тем более, что появились другие мысли, что-то хочется убрать, что-то добавить.
это я так, на волне просто)) ну и думала, может, кто-то покритикует, но, видимо, сейчас всем не до меня
Я не умею критиковать(( мне или нара или не нра и все)) По мне, так читается легко и с интересом))
если плохое настроение — прочти Светин отзыв))) сразу улучшится)))
на самом деле, роман мне самой нравится. это единственное, что мне нравится на данный момент у себя. но поэтому и требований к нему больше. это было мое первое произведение, и написано оно очень коряво, местами банально, местами не выразила то, что хотела выразить.

с этой отдельной главой поработала под настроение, и то сегодня перечитываю… ага, вот тут мысль не развила, а добавила всего пару строк, и уже по-другому все воспринимается.
а так роман еще шлифовать и шлифовать. я считаю, что речь, слог имеют огромное значение. выраженная хорошим языком даже маленькая мысль имеет вес, особенно, если она собственная))
Капец, Аня… придираться к самой себе можно до бесконечности, а критики всегда найдут к чему докопаться))) На Фанту не сбрасывала кусочек этот? Вот, там тебе скажут)) Ну, ладно шлифуй))) Шлифуй и сбрасывай дальше))) Чувствую, что это очень интересный роман)))
15:51
Развратный бильярд) еще и на троих)
пикантно, Ань)
ну знаю, знаю, есть там пикантные словечки))) но для меня это принципиально — или через образы описывать или прямо, а заменять на плоть, врата, жезлы, тамы и туты не могу, как уже говорила. ты права, что в этом романе упор по большей части на пикантность)))
спасибо, Ренатик) отвлекаем тебя, ты там вроде собиралась что-то дописывать.
Да все мы чего-то дописываем)) Дописать не можем))0
угу, угу. ждемс…
Загрузка...









Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru