Ботаник

Ботаник
Жанр:
  • Приключения
  • Боевик
  • Детектив
  • Юмор

Картинка из интернета

 

Ботаник

 

Борис Петрович Сметанкин был ботаником в полном смысле этого слова. В смысле прямом он работал в одном из крупнейших НИИ России и имел звание кандидата биологических наук; а в переносном – с детства оставался человеком, совершенно не приспособленным к жизни и увлечённым чем-то чуждым для окружающих. Собственно, отсутствие общепринятых интересов весьма помогало его научным занятиям. Жил Борис Петрович в свои без малого сорок лет с мамой и без жены, не имея бытовых забот и хлопот. Интересуясь только секретами мира растений и больше ничем и никем, он как-то тихо и незаметно успел создать себе имя в науке и теперь – представьте! – отправлялся на научный конгресс в США с докладом о влиянии сверхслабого электромагнитного поля на интенсивность обменных процессов во взрослом растении кукурузы.

Это для молодого кандидата наук был триумф и ступенька к дальнейшему росту. Коллеги считали, что после конгресса Сметанкин тотчас продвинется по служебной лестнице вверх, а сам он усматривал впереди лишь лучезарные перспективы дальнейшей любимой работы. Однако поездка всё-таки отрывала Бориса от привычного образа жизни и даже слегка пугала, а потому в последние дни он пребывал в нервическом возбуждении: пока мама собирала его чемодан и уточняла время вылета самолёта, сам он, забыв на время о тычинках и глыбках крахмала, повторял английские фразы и рассматривал пункт назначенья на Яндекс-картах.

 

***

 

Для разведки мирных времён не бывает. Фронт тайной войны – всегда фронт, здесь существуют только враги или временные союзники. И когда политики пожимают друг другу руки и выражают самые дружеские намерения, за их спиной продолжается невидимая война без взрывов и выстрелов. Оружие здесь – хитрость, точный расчёт, железные нервы…

Как раз в те самые дни, когда молодой учёный собирался отбыть в США, один из каналов связи с агентурой нашей разведки в этой стране был уничтожен. Возникла очень сложная ситуация, когда сообщение нужно было отправить срочно и безопасно, иначе разоблаченье грозило годами отработанной шпионской сети. Варианты отвергались один за другим, пока, наконец, не принято было решение переслать информацию со случайным курьером. А для усугубления безопасности использовать кого-либо «в тёмную», не посвящая в реальную суть событий.

Кандидат на должность курьера нашёлся мгновенно: один из разведчиков знал, что бывший его одноклассник, Борис Петрович Сметанкин, буквально на днях отбывает в Соединённые Штаты. А лучшей кандидатуры, чем учёный не от мира сего, подыскать было трудно.

 

***

 

- Боря, привет! Помнишь меня? Я Сашка Леонтьев, мы в одном классе учились! Сколько лет, сколько зим! Ну как ты? Рассказывай!

Борис Петрович с удивленьем рассматривал сквозь очки незнакомого на первый взгляд человека, внезапно возникшего перед ним среди улицы. Постепенно в его памяти всплыли и школа, и одноклассник Леонтьев. Правда, воспоминанья о Сашке были не особо приятными, но за столько лет он ведь мог измениться к лучшему. И потом, он так искренне рад…

- Здравствуйте, Александр… - промямлил Борис, мучительно пытаясь вспомнить Сашкино отчество.

- Какой я тебе Александр! Сашка, Санёк – как в детстве! Слушай, ты не торопишься? Давай в кафе посидим!

Время встречи было выбрано грамотно. Сметанкин, и правда, никуда не спешил, а отказать внезапному другу детства без всяких причин у него не хватило решимости. Поэтому уже через пару минут известный кандидат биологических наук и засекреченный майор разведки уютно сидели за столиком, вспоминая школьное детство.

Выудить из Бориса Петровича похвальбу о грядущей поездке в Америку было делом не хитрым. А когда Сашка Леонтьев, искренне выразив свой восторг и огромное уважение, попросил заглянуть в США к его дальнему родственнику, Сметанкин отказать постеснялся. Тем более такое удачное совпадение – родственник проживает в том самом городе, где состоится конгресс, почти в центре. И передать-то всего брелок-сувенир и парочку слов: все живы, здоровы, тёте Вере сделали операцию, у Женьки в Самаре родились близнецы… Приятно получить весточку с родины, а по телефону – это же дорого и совершенно не то!

- Главное, не забудь – близнецы родились у Женьки в Самаре! А то у нас ещё Женька есть, в Нарьян-Маре, так там никто не родился! – напутствовал бывшего одноклассника Сашка, провожая его до метро. Тот только кивал в ответ и всё не решался спросить, был ли Женька счастливым отцом или это была счастливая мать?

 

***

 

В местном отделении ЦРУ атмосфера была накалённой. Донесение российского резидента предупреждало, что авиарейс из Москвы доставит на территорию США засекреченного агента с важнейшими сведеньями. Однако конкретизировать одного из десятков прибывающих пассажиров никто не мог. После напряжённого совещания, которое длилось едва ли не сутки, руководство решило принять беспрецедентные меры – подключить наблюдение к каждому пассажиру. В конце концов, на кону стояла безопасность страны и мировой демократии в целом!

Однако же, сопоставив количество пассажиров с числом филёров, генералы схватились за головы и решили снять подозрения хотя бы с детей. Но тех прилетало всего лишь двое.

После долгого размышления, изучив досье на каждого пассажира, от слежки освободили ещё нескольких человек. Задача стала более выполнимой, однако по-прежнему сложной. Незадолго перед прибытием авиалайнера шло активное обсуждение трёх последних кандидатур на честных гостей великой Америки, в число которых входил и Борис Петрович Сметанкин. Все они были признаны достаточно безобидными, но в последний момент один из майоров радостно сообщил, что их полку прибыло – вернулся из отпуска агент Харрис и закончил лечение после операции в Мексике агент Веласкес!

- Ну что же, - сказал генерал, - тогда давайте всё-таки проследим за этим… Смэтьянкэним. Как русские говорят, бэрэжоного Бог бэрэжотть.

- Сэр, не лучше ли поручить Харрису и Веласкесу Айвано́ффа? – встрепенулся один из сотрудников. – Весьма подозрительная фамилия!

- Ну когда же мы перестанем видеть врага в каждом русском Айва́не? – Печально вздохнул генерал. – Айвано́ффу семьдесят девять лет, он летит сюда к детям, у которых досье безупречно. В конце концов мы достанем его всегда. А Смэтьянкин… Сюда и обратно, и специальность какая-то странная… Как там?

- Ботаник, сэр. По нашему Botanist.

- Вот именно. Приступайте!

И генерал отправился в душ, размышляя о том, что фамилия этого ботаниста  уже весьма подозрительна.

 

***

 

- Чёрт побери это чёртово руководство, Харрис! – вслух размышлял Веласкес, доедая последний пончик. – Вместо того, чтоб восстанавливать силы в любимом баре, я должен следить за каким-то русским ублюдком! Вот вам награда за блестящую операцию в Мексике!

- Заткнись, Хуанито, - беззлобно ответил напарник, лениво грызя зубочистку. – Приказы не обсуждаются. Скажи спасибо, что с половины подозреваемых слежка снята и нас скоро сменят. А то вспомни первые сутки…

Веласкес тяжело вздохнул и заткнулся. Первые сутки работы, и правда, были кошмаром.

Всё началось с того, что объект Сметанкин потерялся прямо на входе в аэропорт. Впрочем, паника быстро закончилась – он просто пошёл не по ходу указательных стрелок, а куда-то направо. Потом непонятный русский вместо того, чтоб искать плакат со своею фамилией в шеренге встречающих, прилип к кадке с пальмой и минут пятнадцать нежно гладил её руками. Пальму, конечно же, обыскали на предмет тайника – безуспешно. В холле гостиницы, не дойдя до рецепшина, гость свободной Америки облапал каждый горшочек с цветами. А в номере, вместо того чтобы лечь отдыхать, всю ночь смотрел телевизор, переключая каналы каждые десять минут и явно предпочитая англоязычным китайские.

Про сдвиг часовых поясов измотанные агенты догадались к утру. А вот то, что для едва сдавшего кандидатский минимум Бориса Петровича английский язык мало чем отличается от китайского, так и не поняли.

В общем, поведение русского ботаниста было весьма подозрительным, и генерал, внутренне упиваясь своей прозорливостью, распорядился наблюденье за ним продолжать и усилить.

 

***

 

Проснулся Борис Петрович где-то после полудня по местному времени и сразу решил, что в первую очередь следует выполнить неприятное поручение школьного друга. Одевшись, он вышел из номера и, полутавши по этажу в безуспешных поисках лестницы, направился к лифту.

Там уныло топтался какой-то высокий смуглый мужчина, который при его появлении почему-то отвернулся к стене.

- Чёрт побери, - думал Веласкес, созерцая стену гостиницы, - а парень, и правда, не прост. Сначала изучил запасные пути, а потом накрыл меня прямо у лифта! Наверняка запомнил лицо, надо быть осторожней…

В лифт странный мужчина со Сметанкиным не пошёл, и тот, удивлённо пожав плечами, нажал кнопку с цифрой «один». В этот самый момент агент Харрис услышал в микронаушнике возбуждённый голос напарника:

- Джон, он спускается в лифте! Будь осторожен, этот Смэтьянкэн очень себе на уме!

 

***

 

Харрис сидел в машине, готовый следовать за объектом хоть на край света. Однако агент ЦРУ не знал, что и за ним старательно наблюдают. Из припаркованной неподалёку старенькой тачки с затемнёнными стёклами на него в бинокль смотрел Пепик, его близкий друг и любовник.

Их связь длилась более года. Харрис очень нравился Пепику, он воплощал надёжность, силу и мужество – всё то, чего Пепику самому не хватало. И в ответ тот старался щедро дать другу всё, чего так не хватало ему – нежность, любовь и ласку. Однако идиллия длилась не долго. Пепик стал замечать, что Джонни несколько охладел, стал смотреть на других мужчин, и – о Боже! – даже на женщин!

Последнею каплей стало его отсутствие более суток. Всё понятно, работа, но мог бы хоть позвонить и поворковать минут десять – пятнадцать? И вот сегодня с утра Пепик взял машину у одного из друзей и отправился разыскивать своего сожителя. Как ни странно, авто Харриса обнаружилось очень скоро и совершенно случайно. Тот явно кого-то ждал, и Пепик решил подождать вместе с ним и наконец расставить все точки над «и». В конце концов, Мафлер давно искушает его бросить Джона и переехать в его квартиру. А он тоже очаровашка…

 

***

 

Русский вышел из холла гостиницы и потянулся, жмурясь на солнце. Потом рассеянно осмотрелся по сторонам… Харрис вжался в сиденье, и, когда взгляд Бориса Петровича скользнул по его машине, непроизвольно склонился к рулю.

- Вычислил! – мелькнуло в мозгу.

Однако Сметанкин, даже если и обратил вниманье на испуганного агента, никак это не показал и зашагал вдоль по улице.

- Пронесло? – решил Харрис и несколько успокоился.

Однако его ожидал неприятный сюрприз. Объект слежки не сел в машину, а продолжал пешком топать по улице! Это было совсем нестандартно.

- Веласкес, Веласкес! Скорее сюда, он уходит! – закричал Харрис в крошечный микрофон. – В смысле, уходит пешком!

- А я говорил, он не прост! – пропищал ему в ухо голос Веласкеса.

 

***

 

Пепик, конечно, не мог обойти вниманием странного привлекательного мужчинку в очках, который так сладко потягивался у входа в гостиницу. Он даже мысленно послал незнакомцу свой поцелуй, но тут его милый Джонни выскочил из машины и отправился следом за уходящим мужчиной.

- Вот оно что! – злобно подумал Пепик. И, оставив свой лимузин, бросился следом. Однако Веласкес вылетел из дверей ещё раньше, так что теперь Пепик плёлся в хвосте у целой процессии, которую возглавлял ничего не подозревавший русский ботаник.

Никто не заметил, что в процессии этой участвует ещё один человек. Разведка России, конечно же, не могла пустить заданье на самотёк и прикрепила к Сметанкину агента для подстраховки. Именно он теперь серою тенью пробирался по улице где-то неподалёку от возбуждённого Пепика, не теряя из виду ни одного из четвёрки.

 

***

 

Боря Сметанкин даже не думал о том, чтоб поехать на встречу с роднёю Сашки Леонтьева на такси. Во-первых, ему хотелось пройтись по незнакомому городу, а главное, скудный бюджет кандидата наук мог не выдержать такой непозволительной роскоши. И вот теперь он шагал по настоящей Америке, на каждом шагу удивляясь, до чего же она похожа на фильмы о ней.

Однако, пройдя кварталов пять или шесть, Борис Петрович почувствовал неприятное и настойчивое желание посетить туалет. Нервно озираясь по сторонам и размышляя уже о том, как бы найти неприметную подворотню, он вдруг обратил вниманье на гостеприимные двери какого-то бара. Логически рассудив, что там непременно должна быть уборная, ботаник стремительно бросился внутрь.

Его невольный эскорт в изумлении замер. И дело было не только в поспешности подопечного, но в первую очередь в том, что на баре крупными буквами значилось «Только для чёрных». Впрочем, Сметанкина такая надпись едва ли могла бы остановить, будь она написана даже по-русски.

Вышибала у двери опешил, и на вопрос, прозвучавший на чужом языке, смог только нервно сверкнуть глазами. Но Боря уже и сам увидал заветную дверь, и, дружелюбно кивнув, кинулся к ней. В полупустом баре воцарилась недобрая тишина.

 

***

 

- Чёрт побери, Веласкес! Какого дьявола его туда понесло?

- Может быть, там назначена встреча?

- Это дьявольски хитро! Нам туда хода нет. Нужно вызывать подкрепленье, кого-то из чёрных парней.

- Все они заняты на другом конце города. Сейчас нам смогут прислать одну Саломию Голдфингер, но она в мужской туалет не попрётся.

- Тогда пусть хотя бы оцепят бар и обыщут его сверху до низу!

- Логично. Алло, это пятнадцатый…

- Смотри, он выходит! Быстро за ним!

 

***

 

- Скажи мне, брат, ты видал эту белую сволочь?

- Конечно, брат. Эту белую задницу нельзя не увидеть на территории чёрных.

- Что он делает в нашем сортире, брат?

- Он хочет сказать, что ссал на нас и наши порядки, брат.

- Его следует наказать.

- Следует, брат. Скорей допивай своё пиво…

И два здоровенных негра, оторвавшись от стойки бара, угрожающе двинулись к туалету.

 

***

 

Ботаник покинул бар чуть-чуть раньше негров. И когда следом за ним в дверях появились двое громил с круглыми и блестящими чёрными лицами, Веласкес и Харрис опешили.

- Это ещё кто такие?

- Не знаю. Скорее всего, конкуренты. Его информация столь важна, что интересует не только нас.

- Думаю, они из ЮАР.

- Я тоже так думаю. Хотя для профи работают грубовато…

- Первый, алло, я пятнадцатый. Непредвиденные обстоятельства… Есть продолжать наблюдение!

 

***

 

Неприметный и серый российский агент тоже был поражён появлением негров. Однако мысль о разведке ЮАР в его голову не закралась. Будучи лучше американских коллег посвящённым в суть дела Бориса Сметанкина, он подумал о негритянской мафии, которой его информация тоже могла пригодиться.

Один только Пепик не обратил вниманья на чернокожих громил. Он вообще не любил грубой силы, предпочитал белых мужчин, и к тому же слегка натёр себе ногу.

 

***

 

- Курт, посмотри. Мне кажется, чёрные недоноски желают обидеть вон того белого парня.

- Олаф, ты прав.

- Надо помочь.

- Непременно. Не за тем наши предки бежали из порабощённой большевиками Германии в свободные Штаты Америки, чтобы мы, наследники Нибелунгов, позволили недочеловекам глумиться над белым!

 

***

 

- Чёрт возьми! А это ещё кто такие?

Веласкес и Харрис удивлённо уставились на резко свернувших к их подопечному двух коротко стриженых белобрысых парней с фигурами культуристов.

- А клиент-то, и правда, важная птица! Мне кажется, что его персоной интересуется не только ЮАР, но ещё и Германия…

- Почему же Германия?

- Да ты взгляни на этих ребят! От них на милю несёт Фатерляндом! Белокурые бестии…

- Я пятнадцатый, я пятнадцатый! Ситуация изменилась…

 

***

 

Российский агент давно уже вычислил и Харриса, и Веласкеса. Обратил он внимание и на Пепика, которого принял за их подстраховку. А когда за негритянскими мафиози резко пристроились двое неслабых парней, он даже присвистнул от изумления.

- Вот это работа! Подкрепленье явилось в считанные секунды! Молодцы ЦРУшники!

Однако тучи над Борисом Петровичем явно сгущались. Сметанкина нужно было спасать, иначе ценная информация могла не достичь резидента. А это ставило под угрозу не только страну, но и мир во всём мире…

 

***

 

Между тем Боря Сметанкин немного устал. Полагаясь на знание местности, почёрпнутое в интернете, он решил сократить себе путь по безлюдному парку.

Ботаник, конечно, не обратил никакого внимания, что двое негров, всё время шедшие сзади, многозначительно переглянулись, свернули на боковую тропинку и припустили вперёд бегом. Не видел он и того, как два белобрысых качка помчались за ними.

По парку за Сметанкиным следом шагал щупленький молодой человек. В кустах впереди затаился ещё один, но достаточно крепкий – обогнавший всех российский агент. А два ЦРУшника разделились у входа в парк: один поспешил в обход, чтобы встретить объект на выходе, а второй, тот самый смугляк из гостиницы, открыто пошёл по аллее.

 

***

 

Пепик решил сначала поговорить со своим соперником, а потом уж устроить Харрису сцену. Быть может, ещё удастся его удержать? Пепик так торопился, что и сам не заметил, как обогнал Харриса и Веласкеса, рванув прямиком через низкое ограждение парка. Теперь он маячил уже впереди Веласкеса, догоняя российского гостя.

- Чёрт побери, - подумал Веласкес, - ещё один… Мне почему-то кажется, что это агент Израиля. Вот так птица этот Смэтьянкэн! Алло, первый, на связи пятнадцатый!..

 

***

 

Негры сидели в засаде. Здесь аллея делала поворот, и наказать наглого белого было самое место. Раздвинув аккуратно постриженные кусты, мстители радостно ждали жертву – как вдруг перед ними вместо Бориса Петровича словно из-под земли возникли два белокурых гиганта. Молча, со знанием дела они пустили в ход кулаки, и через десять секунд два безжизненных чёрных тела валялись на зелёном газоне.

В этот момент к месту событий вышел Сметанкин. Удивлённо окинув взглядом странную сцену, он нерешительно замер.

- Олл райт, сэр! – ослепительно улыбнулся один из блондинов. – Наркотикс!

 

***

 

Как только Борис Петрович, всё ещё с интересом оглядываясь, скрылся из вида, перед довольными неонацистами внезапно возник неприметный серенький человек.

- Спасибо, ребята, что помогли снять с хвоста чёрную мафию! – искренне улыбнулся он и резко, двумя ладонями сразу, ударил парней по особым активным точкам. Неподалёку от двух чёрных тел на газоне теперь покоились двое белых.

 

***

 

Едва агент российской разведки умчался следом за охраняемым им Сметанкиным, как к месту побоища выскочил растрепанный Пепик. Увидав распростёртые на газоне тела, он в ужасе спрятал лицо в ладошки. Голова у него закружилась, к горлу подхлынула тошнота – и Пепик упал, как подкошенный, теряя сознанье от страха.

 

***

 

Когда Веласкес свернул по аллее следом за русским, он просто остолбенел. Пять безжизненных тел валялись перед ним на газоне, а подопечный бесследно исчез!

- Чёрт побери! – воскликнул Веласкес. – Да это не человек, а какая-то боевая машина! Эй, Харрис! Будь осторожен! Этот отмороженный русский один за четверть минуты вырубил пятерых человек! Всех, всех, и агентов ЮАР, и немцев, и этого, из Израиля! Ну да, был ещё и еврей, мы сразу его не заметили. Это убийца, Джон, настоящий убийца! Просто какой-то джедай! Берегись, он идёт на тебя! Первый, первый! Это пятнадцатый!..

 

***

 

Джон Харрис замер у выхода из парка. Едва ли не в первый раз в жизни он испугался. Хуан врать не будет, он не тот человек, паника – это не про него. Русский действительно превзошёл всякие ожидания! И вот теперь Джон остался с суперагентом один на один…

В парке показалась неясная тень. По безлюдной аллее не спеша приближался совершенно обычный на вид человек. Среднего роста, невзрачный, в очках. Суперагент. Убийственная машина. Его, Джона Харриса, смерть…

Борис Петрович остановился у самого выхода, снял очки, и, тщательно их протирая, близоруко прищурился на бледного человека, стоявшего рядом. Тот внезапно попятился, а потом повернулся и кинулся вдоль по улице прочь.

За одним из деревьев парка облегчённо вздохнул российский агент. Теперь путь Сметанкина был свободен.

 

***

 

На прощальном банкете, завершавшем конгресс, негласно присутствовал генерал ЦРУ, руководивший работой с Россией. Представившись учёным – биологом, генерал подобрался вплотную к Сметанкину. Предъявить ему было нечего, арестовывать не за что, и старый служака решил на прощанье попробовать хоть что-то выудить из русского суперагента. Или хотя бы вблизи на него посмотреть.

Разведчик проявил живой интерес к влиянию сверхслабого электромагнитного поля на интенсивность обменных процессов во взрослом растении кукурузы, и в итоге они вместе с Борисом Петровичем плотно застряли возле стола с напитками. Ботаник быстро косел, а опытный генерал, накачанный антидотами, напряжённо ловил каждое слово.

Однако кроме сведений о тайной жизни растений узнать не удалось ничего. В душе восхищаясь подготовкой противника, разведчик, в конце концов, пошёл на ва-банк.

- Слушай, Борис, - глубоко вздохнул генерал, - а ты ведь не так уж и прост, как хочешь казаться. Скажи-ка мне честно, кто ты такой в самом деле?

Уже вконец окосевший Сметанкин громко икнул.

- Я… вообще… самый крутой!

И, глупо хихикнув, добавил:

- В смысле – ботаник…

- Botanick!.. – уважительно повторил генерал.

 

***

 

- Парни, вы все, конечно, многое повидали. Но поверьте, в нашей работе бывает такое, чего не встречал даже я. Мне казалось, уж я–то знаю о русских всё. Однако недавно мне довелось встретиться с их элитой. Да что там, с суперэлитой! Это нечто особенное. Представляете – вырубить пять человек за считанные секунды! Свести опытного агента с ума одним взглядом! Не терять самоконтроля после трёхсот граммов виски! Я просто не понимаю, какова была его подготовка. Это не люди и даже не звери – это машины!

И зовут их на русском сленге «Botanicki»…

12:08
82


Комедия да и только! Представила как бы это читал Хазанов. :))
01:42
Потеха! Спасибо, давно так не смеялась!))))
08:44
Хахаха))) Баюн, вот это заряд смеха с утра))) Спасибо. Написано зверски)))
12:34
Всем спасибо! Пока сочинял, сам обхохотался.
Загрузка...









Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru