Джаным (12-18 главы)
Жанр:
  • Реализм

Глава 12

После окончания университета мы встретились вновь на той свадьбе. Стечение обстоятельств, не более. После окончания университета я не искал с ней встречи, как и после той свадьбы. Да, поначалу думал о ней, и воспоминания будто ожили, но ничего больше. Тем более, она вышла замуж, и испытывать какие-либо чувства было неправильно, или, как минимум, бесполезно. Я бы мог узнать номер телефона, но не видел в этом необходимости. Красивая женщина, вполне успешная и безнадежно замужняя. Это было весомым аргументом, по крайней мере, для меня. Возможно ли испытывать чувства к замужней женщине? Безусловно, возможно. Примером тому служат тысячи историй, только с различными сюжетными линиями и финальными развязками. Я же считал, у меня есть четкая моральная позиция на этот счет. Мог бы я завести отношения с замужней женщиной? Определенно не мог, и был в этом уверен. 

Август 2008-го

Прошел ровно месяц со дня встречи на свадьбе.

Никак не могу найти нужный номер дома – где же он! Высокая свечка из красного кирпича – ничего подобного вокруг, и потерянные полчаса времени. Опаздываю. Более того, попытки связаться с клиенткой не увенчались успехом. И именно сегодня все вокруг вымерли или впали в спячку: хоть бы один прохожий встретился. Еще один заказ на свадебную съемку, по-моему, вот-вот сорвётся. Дама - из числа особо капризных и привередливых, по крайней мере, так говорили: не любит опозданий. Да я и сам не люблю. 

Захожу за угол одного из многоэтажных домов, в девять подъездов, и, наконец, вижу скромно приютившуюся свечку из красного кирпича. Клиентка ждет возле подъезда и, судя по выражению лица, не очень-то и довольна моим опозданием.

Говорят, первое впечатление обманчиво. Вот и Мария оказывается улыбчивым, лёгким и приятным человеком. Без спешки обсудив детали предстоящей фотосъёмки, спешу откланяться, ведь вечером - встреча с другой влюблённой парой.

На парадной лестнице - словно сцена из кинофильма, которая меня, к слову, всегда жутко раздражает глупостью - сталкиваюсь с девушкой. Папки с документами, которые она еле уместила в руках, конечно, разлетаются в стороны. Извинившись за неловкость, собираю всю эту макулатуру, тихо выругавшись. Протянув последнюю папку, улыбаюсь. И вновь банальная и всем известная сцена. Стоп-кадр: мужчина и женщина смотрят друг на друга, опешив. Немного неловкости, совсем чуть-чуть смущения. Ах, да, еще стоит слегка приоткрыть рты от удивления и замешкаться, что мы и сделали. 

- Аня, что ты здесь делаешь?

- Вообще-то я здесь живу, - говорит, смеясь, - а вот что ты здесь делаешь?

- Встречался с одной из клиенток, обсуждали детали предстоящей фотосессии. Да это, собственно, не важно. Извини, что устроил тебе весь этот бардак.

- Ты ведь не специально.

- Слушай, может, пообедаем вместе? У меня есть в запасе пара часов свободного времени. Меня, конечно, угостили тортом, но желудок требует нормальной горячей пищи. Как ты на это смотришь? Здесь есть поблизости какое-нибудь уютное местечко?

- Поблизости нет, а вот неподалёку - имеется. Я там часто обедаю. Ты на машине?

- Да, только придётся немного прогуляться, оставил за углом. Этот дом не так-то просто найти.

- Если знать, что ищешь, то найти очень даже просто, - улыбается , - ну что, пошли тогда искать твою машину.

Вспоминаю её фразу про кролика и лабиринт. И то лёгкое платье, что было на ней. И улыбку. И нашу первую и последнюю встречу наедине. И чувства, что испытывал, когда мы были ещё студентами. И ощущения от прикосновений её руки. Воспоминания, словно цунами, накрывают с головой, уносят в прошлое.

- Ну, ты идёшь или нет? - спрашивает, оглянувшись.

- Ах, да. Идём.

Машина благополучно ожидает хозяина за углом. Мы отправляемся в небольшой итальянский ресторан. Уютное местечко, с большими окнами и вежливым персоналом- всё, как я люблю.

- Ты был в Турции? - спрашивает, сделав глоток воды.

- Не приходилось. Советуешь?

- Определённо. Начни с Анталии. Ты влюбишься в этот город с первого взгляда, можешь мне поверить.

- Даже так? Заинтриговала. Теперь я просто обязан там оказаться, чтобы влюбиться. Любви мне как раз-таки и не хватает.

- Любви не хватает всем, на самом деле, - улыбается. - Любовь - это единственное, чего не бывает много. Её всегда недостаточно.

- Ты читала притчу про потерянную любовь?

- Нет, не припоминаю ничего подобного. 

- Давным-давно, когда на Земле царили гармония и покой, существовали некие хранители. Никто их никогда не видел, поэтому образ так и остался огромной тайной. Они охраняли чувства. У каждого чувства был свой хранитель и сосуд. В том числе и у любви. Но однажды сосуд любви был утерян, поэтому любовь, царившая на Земле, исчезла. И тогда начались войны и бесконечные противостояния. Покой и гармония не смогли удержать зависть и гнев, злость и страх, раздражение и высокомерие. И наступил хаос. Люди разделились, отдалились друг от друга, лишенные любви. Стали соперничать, не в силах сдерживать слабости и недовольства. Они перестали любить. Хранители были в отчаянии. Радость и счастье не могли существовать самостоятельно - их сосуды были опустошены, ведь только любовь наполняла их. Тогда один из хранителей отправился в долгий путь, приняв образ старца, облачившись в белоснежные одежды. Он проходил мимо деревень и поселений, видел страдания людей, ощущал их боль и ненависть. Дорога утомляла и лишала сил. Но вера не покидала. Истощённый, изнеможенный, однажды он добрался до вершины горы, с которой открылся невероятный вид. Там, где море сливалось с солнцем, оставляя широкую полосу света, было начало. Старец достал из кармана сосуд, в котором была любовь, и положил его на твёрдые камни. Любовь разливалась, смешиваясь с водой, стекавшей со склона, и землёй, пропитанной бессилием и горечью, постепенно залечивая раны и исцеляя души. Хранители ушли, оставив сосуды в распоряжение людей. Пусть люди сами решают, какой сосуд им открыть. Но гармонию и покой принесёт лишь любовь. Этот сосуд нужно оберегать больше остальных, иначе мир будет уничтожен. Только Любовь способна исцелять и возрождать, наполняя сосуды радости и счастья, даря гармонию и покой, но её необходимо оберегать и не терять более. Не хранителям вовсе, а людям.

- Браво! - восклицает Аня, улыбаясь. - Впечатляет.  Эта притча определённо должна занять почетное место на странице моего журнала. Есть в ней что-то, к чему хочется вернуться.

- Как скажешь. Мое дело - рассказать, - смеюсь, подзывая официанта. Ну, что, отвезти тебя домой?

- Если не сложно.

- Не сложно. 

 И как я не догадался двумя часами раньше, что можно свернуть именно в этом месте.

- Теперь буду знать, как до тебя добраться, - говорю, заглушив двигатель.

- Спасибо за приятно проведённое время.

- И тебе. Надеюсь, как-нибудь повторим.

- Обязательно. Если будешь поблизости, звони.

Оставив номер мобильного телефона, выходит из машины. Невероятно красивая женщина уверенной походкой поднимается по лестнице, а я смотрю вслед, не в силах отвести взгляда.

 

 

Глава 13

Сентябрь 2008-го

Вот уже несколько недель мы с Анной ежедневно обедаем вместе – начинает входить в привычку. Отказываюсь от любых встреч, назначенных на обеденный час, переношу на более позднее время или другой день. Начинаю привыкать к тому, что она есть – опасная перспектива. С нетерпением жду встречи, ощущая волнение: что-то предательски сдаётся, даёт сбой. Между нами - приятельские отношения, не больше, хотя порой кажется, что в её взгляде проскальзывает нечто иное, с намёком, или мне просто хочется, чтобы так было.

Вчера невзначай дотронулся до её руки - вновь словно сцена из фильма. Когда взгляды пересекаются, и становится неловко. Она улыбнулась и продолжила перелистывать меню. А мне вдруг стало не по себе. Не в силах оторвать взгляда, изучал каждое движение, и с каждой минутой всё больше хотелось еще раз прикоснуться, но уже не случайно. И эти желания не предвещали ничего хорошего, но самое плохое, что я прекрасно это понимал.

Она заполняет меня, и с каждым днём всё больше и больше. И я разрешаю это делать, хотя, безусловно, осознаю возможные последствия, но остановиться уже не могу. Это вовсе не игра или спор, пусть даже с самим собой, не интерес –нечто иное. Это ощущения, палитра которых настолько широка, насколько возможно. Это может показаться глупым или не стоящим того, или даже смешным, но какая разница!

Возможны ли между нами иные отношения, кроме приятельских? Думаю, нет. Хотя принципиальная позиция по поводу близких связей с замужними женщинами стала прозрачной или призрачной? И придерживаться её можно только для вида. Скажу лишь, что её замужество отныне всего лишь обстоятельство, но не уверен, что для неё это так же. С ней не так, как с другими женщинами, она не такая, как они. Громкие слова? Если только на слух. Она держит на расстоянии, но с каждым днём становится всё ближе. Безусловно, можно начать ухаживания, пригласить на ужин, дав понять, что хотелось бы нечто большего, чем просто приятельские отношения, но что-то останавливает. Думаю, такое поведение её разочарует, а этого хотелось бы меньше всего. Хочется чтобы после наших встреч оставалось приятное послевкусие, которое смакуешь еще некоторое время. Хочется, чтобы она обо мне думала, пусть не так часто, как я – о ней, но всё же думала, вспоминала разговоры, встречи. Хочу остаться частью её воспоминаний, которые перебираешь вечером, ложась в постель. Разве я многого хочу? Нет. Вопрос в том, хочу ли я невозможного?

Вот и сейчас, как бешеный, мчусь в кафе, где она меня, наверное, уже ждёт. Даже не знаю, как получилось, что я опоздал сегодня.

- А я уже думала, не придешь, - говорит улыбаясь.

- Извини, задержался. Даже не знаю, как так получилось.

- Ничего страшного. Я уже заказала горячее. Как обычно?

- Конечно. Я так проголодался, что еще минута, и упаду в обморок.

- Ну уж нет, я не дам тебе умереть с голоду, тем более, на моих глазах, - смеется.

Мне нравится её улыбка и смех. Я бы смеялся с ней вечность. Сам не свой: постоянно теряюсь, смущаюсь, не знаю, что сказать, отмалчиваюсь, в общем, делаю всё то, что абсолютно не свойственно моей натуре. Влюблённый мальчишка, попавший в сети: мозг отступает и перестает функционировать. Интересно, она замечает это?

- Завтра вечером улетаю в Турцию. Погода там стоит отличная.

- А когда вернешься?

- Думаю, через пару-тройку дней, слишком много работы. Но позже обязательно устрою себе небольшой отпуск, и хотя бы неделю буду просто гулять по улицам, ходить по магазинам, в общем, делать всё то, что так любят женщины, а самое главное, ни о чём не думать. Просто отдыхать, и никакой работы.

- Да, мне бы тоже отпуск не помешал, - улыбаюсь в ответ.

- Так в чем проблема? Приезжай в гости, покажу город. Уверена, тебе понравится: абсолютно другой мир, другие люди, нравы, хотя наших соотечественников и там хватает.

- А твой муж, он не будет против?

- Конечно, нет. Знаешь, турецкий народ очень гостеприимный, у них это в крови. У нас дома постоянный круговорот родственников, друзей, знакомых, поэтому иногда хочется спокойствия и тишины, порой даже одиночества.

- Но ты и так очень часто находишься вне дома.

- Ты правильно заметил, вне дома. Поэтому, когда я приезжаю домой, мне хочется уютной тишины.

- А я настолько сыт одиночеством, что, наоборот, хочется выбраться в шумную компанию, или просто посидеть в баре, где полно людей и звучит громкая музыка. Иногда так и делаю: прихожу в бар, заказываю что-нибудь выпить и просто сижу, слушаю то, что творится вокруг.

- Тебе просто нужен человек, с которым разделишь одиночество, - смеётся она. – Проще говоря, тебе нужна женщина, та, что согреет тебя изнутри, раскрасит твои будни. Ну, и всё в этом духе.

- Хорошо говоришь, Аня. Вот только найти подобную женщину не так-то просто. Зачастую такие женщины уже заняты.

Устремив пронзительный взгляд, улыбается. Не знаю, поняла ли она намёк, но взгляд задержала всего лишь на несколько секунд, которых мне, однако, хватило. Безусловно, она замечает моё отношение. Женщины чувствуют интерес мужчины. Любят играть в женские игры, которые мы зачастую не разделяем. Женщины улыбаются, слегка касаются руки, делают намёки, и затем либо легко соглашаются продолжить вечер, либо исчезают. Во втором случае, ты должен подтвердить намерения и начать разыскивать предмет обожания – слишком поверхностно и давно не в новинку, меня подобные игры не интересуют. С ней же всё иначе. Она не играет, ей это не интересно. Живёт так, как считает нужным, не оглядываясь и не смотря по сторонам, не внимая чужим голосам. Живёт здесь и сейчас.

- Может, сходим куда-нибудь вечером? – спрашиваю неожиданно для себя.

- Например?

- Например, в кино, или в театр, да куда угодно.

- Ты приглашаешь меня на свидание?

- Я просто приглашаю тебя разделить со мной вечер, и вовсе не намекаю на последующее его продолжение, - отвечаю вполне серьёзно.

- Тогда согласна.

Немного поболтав, допив чай, договариваемся созвониться ближе к вечеру. Стоит ли говорить, что из кафе выхожу в приподнятом настроении. Абсолютно не шутил и не лукавил, когда сказал, что не рассчитываю на продолжение вечера. Мне просто хочется побыть рядом. То, что мы пойдём в кино, а не в театр, решил еще в кафе, но не стал говорить. Не спросил, какие фильмы она предпочитает, хотя стоило бы. Возможно, она просто обожает ужасы, где - реки крови и через каждые три минуты раздаются ужасающие крики жертв. Либо любит от души посмеяться над очередной глупостью, которую называют комедией. Возможно, ей нравятся драмы, берущие за душу. Ничего этого я не знаю, поэтому выбираю фильм-катастрофу. Надеюсь, понравится. Хотя лукавить она не станет, в этом я абсолютно уверен.

 Около семи вечера звоню и сообщаю о том, что выбрал один потрясающий фильм, и что заеду около половины девятого.

- Мы опаздываем? – спрашивает, садясь в машину.

- Что у тебя за духи? – спрашиваю в ответ. – Потрясающий аромат.

- Их название тебе действительно о чём-то скажет?

- Абсолютно ни о чем, но хотя бы буду знать  название.

Достает небольшой флакон из сумочки. Запоминаю. Не забуду.

- Спасибо, буду знать, что можно дарить женщинам, а то у меня с этим определенно проблемы.

- Ну, хоть в чем-то я тебе пригодилась, - смеется.

Мы не опаздываем на сеанс, более того, есть время выпить кофе, купить попкорн и поболтать.

На удивление, в зале не оказывается ни "выскочек", ни "болтушек", ни "бродячих". Это моё чисто субъективное деление кинозрителей. Первые - постоянно крутятся в кресле, то и дело выскакивая из него. Вторые не замолкают ни на минуту, считая собственные эмции важнее сюжета и остальных зрителей. Третьи - это либо опоздавшие господа и дамы, либо заскучавшие особы, считаютщие долгом расхаживать по залу и силуэтить телами. Стоит сказать, я отношусь ко второй категории, но не настолько, чтобы плевать на чувства ближнего своего. Обычно не умолкаю, но делаю это шёптом, высказывая предположения по ходу сюжета, задаю вопросы, на которые мне всё равно никто не ответит, так как человек, сидящий рядом со мной, тоже смотрит данный фильм впервые. Поэтому мои знакомые и друзья предпочитают посещать кинотеатры без меня. Кстати фильм мне понравился, и я даже сумел сохранить молчание на протяжении практически двух часов, что - огромная редкость.

- Просто потрясающий фильм, - говорит Аня, покидая кинозал.

- И мне понравился.

- В следующий раз я выбираю фильм, договорились?

- Это значит, что на самом деле фильм тебе не понравился?

- Вовсе нет. Я ведь сказала, что фильм потрясающий. Просто прими как факт: в следующий раз фильм выберу я.

- Договорились. Ну что, отвезти тебя домой?

- Да, уже поздно, завтра - на работу, а вечером – в аэропорт.

- Если хочешь, могу отвезти тебя в аэропорт, - произношу, надеясь на положительный ответ.

- Ну, если у тебя нет других, более важных, дел, то, пожалуй, соглашусь.

- Но ведь это не отменяет совместного обеда? – спрашиваю, улыбаясь.

- Конечно, нет. Я уже настолько привыкла к тому, что мы обедаем вместе, даже перестала назначать встречи во время ланча, хотя раньше именно так и делала.

- Ну, не ты одна отказалась обеденных деловых встреч.

По дороге на парковку она всё время улыбается, а я не могу отвести взгляда. Вспомню ли я, о чём, собственно, мы говорили? Нет, навряд ли. Да и не важно вовсе, ведь я абсолютно её не слушаю. Мозг автоматически вырабатывает ответные реплики, пока глаза изучают её изумительную улыбку, черты лица, мимику.

Она потрясающе красива, не знаю, говорит это влюблённый мужчина или профессиональный фотограф.

- А давай, я как-нибудь тебя поснимаю, - произношу, открывая дверцу автомобиля.

- Меня? Я должна быть польщена, наверное? - смеётся. -  Даже не знаю.

- Просто соглашайся.

- Ну, хорошо.

- Тогда завтра, после обеда.

- Так сразу?

- А чего тянуть? Это не займёт много времени.

- Хорошо, я подумаю.

- Не люблю неопределенность. Либо «да, я согласна», либо «нет». Ну, же?

- А я не люблю сразу отвечать. Потому, я всё же подумаю.

- Садись, поехали. Сдаюсь.

Отвожу её домой, она не предлагает подняться и выпить чашечку кофе, как это часто случается в фильмах. Поэтому здесь все совпадния и заканчиваются.  Она просто уходит, улыбнувшись, и не оборачиваясь. А я смотрю вслед. Как смотрят влюбленные мужчины. Да, я определённо влюбился. И что теперь делать с этой влюблённостью? Да ничего, ровным счётом, ничего. Либо она найдёт своё пристанище, либо так и останется там, где возникла, в моём сердце. И нет вовсе смысла обдумывать чувства, ведь они возникли не впервые. Возможно ли влюбиться дважды в одного и того же человека? Видимо, возможно. Либо эти чувства не покидали и просто, затаившись, выжидали момента. Тогда, в университете, и сейчас, возле её подъезда - временной промежуток между этими событиями не так уж и мал. Но всё те же лица, и те же детали.

 

Глава 14

Октябрь 2009-го

- Когда вы с Ольгой поженитесь? - спрашивает моя мать, впившись голубыми глазами. - Или так и собираешься оставаться до конца жизни холостяком?

- Всему своё время, - отвечаю, нежно обнимая за плечи.

Который год мама атакует подобными вопросами, особенно после появления Ольги. Уверен, все матери такие, особенно, когда их неженатым сыновьям перевалило за тридцать, а перспективы увидеть внуков нет, и в ближайшем будущем не предвидится.

- Я, наверное, так и умру, не дождавшись внуков. Пожалел бы свою мать.

- Мам, давай лучше выпьем чая.

- Выпьем. Но дело не в чае, а в тебе. Ольга – прекрасная женщина, очень тебе подходит, к тому же любит тебя, подлеца такого, прощает все твои похождения, а ты продолжаешь лелеять несбыточную мечту о женщине, которую толком-то и не знаешь. Ты с ней не прожил ни дня , абсолютно не знаешь, какая она в повседневной жизни. Ты даже и представить себе не можешь, что жить под одной крышей и встречаться в отеле раз в месяц - абсолютно разные вещи. Возможно, она тебе совсем не подходит. Неужели ты не понимаешь таких элементарных вещей?

- Возможно, как ты выразилась, и не понимаю элементарных вещей, но жениться на Ольге не собираюсь.

- Я просто не верю своим ушам! В таком случае ты просто глупец. Глупец, который не ценит такую прекрасную женщину, как Ольга.

- Пусть так. И давай на этом закончим разговор. Прошу, не начинай его вновь.

Никогда не скрывал от матери наличие женщины, которую люблю, как и то, что она замужем. Более того, она появилась до того, как познакомился с Ольгой.

- Я не могу понять, - продолжила моя мать после нескольких минут молчания, - Знаешь, можешь лелеять мечты и продолжать надеяться, что эта женщина выберет тебя, разведётся с мужем и выйдет за тебя замуж, но, пойми, это не произойдёт никогда. Это болезнь, как ты не понимаешь? Вовсе не любовь - ты зависим от этих непонятных отношений, которые не стоило вообще начинать. Перестань встречаться с этой женщиной, перестань ждать её и открой, наконец, свои глаза. То, что ты ищешь, рядом.

- Я не прошу понимать меня. Просто дай время во всём разобраться. Да, возможно, я не прав, возможно, я глупец, но это моя жизнь и мои ошибки. Возможно, к тому времени, когда осознаю правоту твоих слов, Ольга уже уйдёт, и я буду жалеть об этом до конца своих дней.

- Именно этого и боюсь, - вздыхает.

- Но ведь возможен и другой вариант. Все мои, как ты говоришь, несбыточные мечты станут явью, женюсь на женщине, которую люблю. Появятся долгожданные внуки. Твоя гостиная наполнится детскими голосами, а твой сын будет самым счастливым человеком на планете.

- Нет, ты просто невыносим! Опять за своё! С тобой просто невозможно разговаривать!

- Может, всё-таки нальешь чая, и сменим тему разговора? – спрашиваю, улыбнувшись.

- Я точно умру, не дождавшись внуков и оставив тебя несчастным холостяком. Но самое страшное в том, что Ольги рядом не будет.

- Мам, ты будешь жить еще долго и счастливо, поверь мне. Была сегодня у отца?

- Была. Хотелось, чтобы и ты там был.

- Я бываю, мам. И ты это знаешь.

Отец умер, когда мне было двадцать четыре года. Внезапная остановка сердца. Шёл по улице, в сторону дома. Сердце - раз, и остановилось. В подобных ситуациях важны первые реанимационные действия, до приезда скорой помощи – на тот момент поблизости не оказалось ни одной души, либо таковые были, но оказались слишком равнодушны. Затем прохожий заметил мужчину, лежащего на асфальте. К приезду врачей, он был уже мёртв: помощь не понадобилась.

Мать долго не могла оправиться от шока и боли. Осунулась и поседела, плакала без остановки. Помню, боялся, что не выдержит. Умолял  принимать успокоительное, что прописал семейный врач, но она была неприступна. Говорила, что боль нужно проболеть, пережить, прожить с ней. С тех пор прошло семь лет. Мама говорит, отец часто ей снится, и тогда она просыпается счастливой, будто и не было этих семи долгих лет. Говорит, он всегда рядом, стоит лишь закрыть глаза. Каждую неделю ходит к нему на кладбище, беседует с ним, и долго плачет. Я не хожу с ней: не могу видеть её слёз, да и им есть о чём поговорить наедине.

Безусловно, посещаю могилу отца, но не так часто, как мать. Последний раз был на кладбище два месяца назад. Мама говорит, стоит чаще появляться, но у меня по этому поводу сложилось иное мнение. Я очень сильно любил отца, он был для меня олицетворением мужественности и стойкости, но между нами не было той близости, что была с мамой. Строгая, принципиальная, порой суровая, но жутко справедливая, она всегда принимала меня таким, каков есть. Не возлагая надежды, не сравнивая с другими детьми, не давя авторитетом, мама просто была рядом. Я мог рассказать ей абсолютно всё, поделиться любыми мыслями и идеями, не боясь непонимания. С отцом было иначе. Во-первых, он всегда был занят, и основную часть своего времени проводил на работе, во-вторых, часто не разделял моей позиции, а, в-третьих, мне всегда хотелось выглядеть перед ним стойким, сильным и непоколебимым. Ведь отец воспитывал мужчину, а мужчины не плачут, несут ответственность и не проявляют свои чувства, даже если сильно хочется. Отец гладил меня по голове, бывало, приобнимал за плечи, но никогда не показывал своих чувств. В те дни, когда он был дома, я просто любил ощущать его присутствие, мне нравилось смотреть, как они с мамой воркуют, словно голубки –просто нравилось быть рядом с ними.

Отец безумно любил мою мать: это читалось в каждом взгляде, движении рук и даже в ритме его дыхания. Когда он смотрел на неё, всё вокруг будто заполнялось энергией любви и нежности. Да, этот сильный мужчина, неприступный внешне, был влюблён в неё, как мальчишка, до последних минут жизни. Подобных примеров бесконечной любви – единицы. И мне повезло наблюдать подобную любовь ежедневно. Я вырос в атмосфере любви, ведь очень важно, чтобы родители прежде, чем дарить любовь своим детям, любили друг друга.

После смерти отца ничего не изменилось. Мама не носила траур, не сняла кольца с безымянного пальца. Тот факт, что отца больше нет, для неё - лишь официальное заключение и свидетельство о смерти, которые сразу же были убраны в дальний ящик рабочего стола отца и благополучно забыты. Нет, она не сошла с ума, уверяя всех, что он жив, или возводя его в культ, просто продолжает жить. Моя мать очень красивая женщина, и возраст здесь не имеет значения, поэтому после смерти отца поступали разные предложения от мужчин, но она их даже не рассматривала. И это никак не связано с жертвенностью или совестью - это просто любовь.

- И вообще у тебя как-то не особо складываются отношения с женщинами, – между тем продолжала моя мать. – До Ольги у тебя ни разу не было ничего серьезного.

- Почему же не было? Ты говорила, в детском саду я был влюблён в одну девочку.

- О, да. Ты везде ходил за ней по пятам и постоянно о ней говорил, – смеется она, – как же её звали? Ах, да, Юля. Ты называл её Люлечка. Вы ходили за ручку и, когда приходило время расходиться по домам, вцеплялись друг в друга и всё никак не хотели расставаться. Но ты ведь понимаешь, о чём я говорю, перестань менять тему разговора. Тебе стоит задуматься о создании семьи.

- Хорошо. Я обязательно об этом подумаю. Но только не сегодня. Я, пожалуй, пойду домой. Зайду на следующей неделе, - говорю, крепко обнимая.

- Не обижайся. Я просто за тебя переживаю.

- Я знаю, мам, и нисколько на тебя не обижаюсь. Более того, очень сильно тебя люблю.

Моя мать – замечательная женщина. У неё огромные, цвета неба, глаза. Она смотрит на мир по-доброму, и немного с грустинкой. Обладая хрупким телосложением, волевая и сильная женщина. Всегда знает, чего хочет, и движется в необходимом направлении. Они с отцом хотели второго ребёнка, мама была беременна, через три года после моего рождения, но выносить не смогла – некое гормональное нарушение, подробности мне не известны. Впоследствии не смогла иметь детей, поэтому всю свою любовь и энергию направила на воспитание своего единственного ребёнка - меня.

 

Глава 15

Я не люблю детей, как бы это ужасно ни звучало. Вернее сказать, не испытываю по отношению к ним никаких особенных чувств. Многие мужчины мечтают о дочери, папиной принцессе, но это в большинстве случаев не больше, чем бравада. Не знаю, будут ли у меня когда-нибудь дети, и хочу ли этого. На самом деле, особо не задумывался.

Не доводилось держать на руках младенца, и, к моему огромному счастью, не привелось иметь друзей, что вручают младенцев без предупреждения в объятья своих ошеломлённых товарищей. У меня нет племянников, с которыми проводил бы время на семейных праздниках, вернее, не знаю, есть ли они у меня. Так уж сложилось, что я не поддерживаю связь с родственниками. У меня не было многочисленных дядюшек и тетушек, бабушек и дедушек, которые бы тискали, пощипывали за щечки, приговаривая при этом что-нибудь ласковым голоском. Но никогда не задумывался о причине их отсутствия, подобное просто не приходило в голову. У меня были родители, и этого было достаточно.

Июнь 2010- го

- Мы любим маленьких детей за то, что они милы и наивны, улыбаются слишком искренне, ведь мы уже утратили эту способность. Мы смотрим на малышей с улыбкой, они вызывают умиление и нежность. Мы любим маленьких детей за их  чистоту и невинность, которых в нас уже, увы, не осталось. Смотрим на малышей с грустью, понимая, что и сами такими были. И эти взгляды, которые пересекаются, как нити времени переплетаются, таят в себе некую тайну, имеют глубокий смысл, - говорит она, улыбаясь.

- Ты будешь хорошей матерью.

- Пустые слова. Ты не можешь знать наверняка, - смеется. - Подобные слова говорят мужчины возлюбленным. Красиво, не спорю, но...

- Ты права, - перебиваю. - В целом, разговоры о детях пугают мужчин, но делают счастливыми женщин. У женщин это в крови, на подсознательном уровне – дети. Более того, общество обязывает женщин иметь детей, ведь деторождение предречено природой. Мало кто признается, что не хочет иметь детей - проще придумать множество отговорок, одобряемых обществом, мол, сначала карьера, чтобы прочно встать на ноги, обзавестись крепкой семьей, в виде стабильно зарабатывающего мужа – подобные причины принимаются обществом в виде отсрочки, но также порицаются. Некоторые женщины не могут иметь детей ввиду той или иной болезни – такие женщины сразу же теряют в авторитете перед здоровыми особями женского пола.

- Ух, ты! Всё верно, джаным. Женщины планируют детей, пусть даже в воображении, не совсем понимая, что это такое и каковы последствия. Детей любят, ими восхищаются, на первый взгляд, и именно это дурманит женщин, вызывая в них дикое желание иметь детей – картинка. Со стороны все дети прекрасны, особенно те, что гуляют с мамами в парке, одетые во все лучшее сразу. Никто не задумывается, что приходя домой, вещи снимаются, ребенок капризничает, а мама, усталая от забот, злится и нервничает. Это остаётся за кадром.

- А сколько впоследствии нежеланных детей, навязанных обществом! Не всем родителям есть дело до собственных детей: некоторые делают их так, для галочки, и на это у каждого - свои причины. Кто-то любит похвастаться наличием ребенка, мол, у меня есть ребёнок, я состоялся как глава семейства. Это что-то вроде, посмотрите на меня, я посадил дерево, построил дом, родил сына-наследника. И все аплодируют, какой молодец, не задумываясь вовсе, что дерево засохло, дом разваливается, а сын предоставлен себе, и что из него получится – неизвестно. Некоторые имеют смелость признаться, что не занимаются чадом: сначала отдали в сад, затем в школу, а там он уже взрослый, пусть сам заботится о себе.

- Не каждая женщина может стать хорошей матерью, ровно как не каждый мужчина – хорошим отцом, но, думаю, шанс стоит дать каждому, а кто и как им воспользуется - дело каждого.

- Дать шанс? - спрашиваю, обнимая её за плечи. - Не слишком ли беспечно? Всё-таки речь идёт о детях.

- Которых у нас с тобой вовсе нет.

- Ты не хочешь иметь ребёнка?

- Сложный вопрос. Порой не всё зависит только от наших желаний. Иногда возможности не позволяют.

- Что это значит?

- А ты? Ты бы хотел стать отцом?

- Ты не ответила на мой вопрос.

- Ты тоже.

- Хорошо. Признаюсь, подобного желания не возникало. Я бы не хотел иметь ребёнка. Не сейчас. Возможно, никогда.

- Страшно звучит, джаным.

- Зато честно. Ну а ты, почему у тебя нет детей? Каково твоё оправдание перед обществом?

- Возраст. Сколько мне лет, джаным?

- Двадцать девять.

- Именно. Когда тебе двадцать девять, ты словно между небом и землей: уже покинул юность, но еще не пересек границы так называемого среднего возраста. Это прекрасная отметка твоей личной шкалы. Еще можешь дурачиться и строить рожицы, не быть солидным. Знаю, сейчас скажешь, можно оставаться ребенком в любом возрасте, но это всё же немного другое. Общество так или иначе диктует правила, навязывает взгляды, создает стандарты и границы, и не многие могут спокойно через них перешагнуть или вовсе игнорировать. После тридцати должна быть семья и, как минимум, один ребенок, в противном случае общество решит, что с тобой что-то не так. В двадцать девять у тебя еще есть шанс реабилитироваться перед теми, на кого по сути должно быть наплевать.

- То есть пока используешь свой шанс, - смеюсь.

- Что-то вроде того.

Я прекрасно понимал, что дело вовсе не в обществе, на которое ей действительно наплевать, и не в возрасте, что вполне подходил для того, чтобы иметь хотя бы одного ребёнка. Дело было в другом. Общество и его стандарты не волновали её - она всегда жила по своим правилам. Тема материнства была запретной. Я поднимал её несколько раз, пытаясь понять чувства, узнать то, что так тщательно скрывается. Но она лишь отмахивалась, отшучивалась или переводила тему, однако, я видел грусть в её глазах, что скрывалась за улыбкой. Возможно, у неё не могло быть детей. По крайней мере, я так решил для себя, и раз и навсегда закрыл эту тему.

Если это так, создал бы я с ней семью? Однозначно, да. Дело не в детях вовсе, а в моих чувствах. Есть пары, не желающие иметь детей, и у них есть на это полное право, либо причины. Есть пары, которым достаточно друг друга, они не нуждаются в продолжении. Дети не есть продолжение любви двух людей, как пытается навязать нам общество, и тем более не её доказательство. Дети - это вполне осознанный выбор, решение. Никто не обязан иметь детей только потому, что от них требуют.

Общество забывает, что самое главное оставаться собой в любой ситуации, не важно, двадцать девять тебе, пятнадцать, или сорок восемь. Важно слышать себя, не пытаться становиться тем, кого хотят видеть. Возьми ластик и сотри границы, нарисуй новые. Отметки на твоей личной шкале никуда не денутся, так или иначе, ты сам от них никуда не денешься.

Она научила меня быть свободным. Не оглядываться, не сожалеть, не искать одобрения. Просто жить.

 

Глава 16

Когда Ольге исполнилось пять лет, отец ушёл из семьи. Это случилось в день её рождения. В тот самый день, когда ребёнок с нетерпением ждёт подарков и праздничного торта со свечами. Мать не промолвила ни слова - так и стояла в дверях, не в силах пошевельнуться. Ольга помнит этот день во всех подробностях и деталях - навсегда отпечатался в памяти. Помнит синий пиджак отца, который он небрежно накинул на руку выходя. Не оглянулся, чтобы в последний раз взглянуть на дочь, что с увлечением рассматривала цветочки на большом шоколадном бисквите, испеченном матерью утром. Чуть позже этот торт оказался на полу, отшвырнутый матерью с ненавистью и обидой, что не прошли с годами, а, напротив, прочно осели внутри. Ольга смотрела на кремовые цветочки, размазанные по полу, не в силах даже заплакать. Белое кружевное платье, что девочка одела утром, было испорчено: мать, не сдержав бушующий внутри гнев, дёрнула именинницу с такой силой, что подол был безнадёжно оторван. Больше они не праздновали дни рождения. Мать не смогла справиться с ситуацией, более того, возложила вину на хрупкие плечи маленькой девочки, обвинив в уходе отца. В глазах матери не осталось ни любви, ни нежности. Ольга росла в атмосфере постоянной критики и непонимания. Мать погрузилась в переживания, была раздражительной и унылой.

Отец Ольги ушёл к другой женщине, как это часто случается. У него родился сын, затем дочь. Он стал прекрасным отцом семейства, любящим и заботливым. Ольга ждала каждый день, год за годом, но он так и не появился. Она пронесла свою детскую любовь и привязанность к отцу сквозь года, обиду и боль. Как ни странно, Ольга продолжала любить отца всем сердцем, пусть даже не надеясь больше, что вновь увидит его. Не пыталась разыскать - просто продолжала любить.

Ольга не поддерживала связь с матерью с тех пор, как ушла из дома. Ей было пятнадцать, когда она с треском захлопнула дверь, переехав к бабушке. С тех пор ничего не слышала о матери, либо не хотела слышать. Её мать покончила с собой, когда Ольге исполнилось девятнадцать лет. В день её рождения. Второй удар, или второй урок жизни, как говорит Ольга.

- День моего рождения - невезучий день. Никогда не планирую ничего важного. Либо не получится, либо что-то пойдёт не так, как задумывалось, - говорит, улыбаясь.

Смотрю на неё в полной растерянности. Не найдя, что ответить, просто продолжаю слушать.

- Моя мать не хотела иметь детей, зато отец грезил большой семьей. Он был прекрасным отцом, в отличие от матери, что не справилась со своей ролью. Не важно вовсе, что отец ушёл от нас. Важно то, что он оставил позади себя. Я до сих пор храню его улыбку, звонкий смех, запах сигарет где-то внутри себя. Девочка с травмой - отличный объект для психолога. Отец ушел из семьи, мать покончила с собой - грустная история. Хотя, знаешь, думаю, не стоит настолько драматизировать. Однако дни рождения предпочитаю не отмечать. Несчастливый это день.

- Сегодня день рождения? - спрашиваю, сделав глоток вина.

- Ага.

- С Днём Рождения, - теряюсь в мыслях.

- Тсс. Никаких поздравлений. Я же предупреждала, - смеётся Ольга.

- Тогда просто выпьем вина.

- Я была тихим ребёнком. Могла стать послушной и прилежной дочерью, если бы у меня была мать. Не для кого было быть даже просто ребёнком. Мать не обращала внимания, будто меня и не было вовсе. Она гладила мою школьную форму, готовила еду, делала уборку, ходила за продуктами и на работу. И била меня с такой ненавистью, будто я была самым плохим ребёнком на земле. Иногда казалось, что еще немного, и убьёт. Зато в последующие дни я не ходила в школу, занималась дома. Благо, проблем со справками у меня не возникало, ведь мать была врачом в местной поликлинике. Врач, который спасала людей, избивая собственного ребёнка.

- Даже не знаю, что сказать.

- Не нужно ничего говорить. Просто предложи мне выпить кофе, - говорит, поднимаясь из-за стола.

Мы покидаем ресторан, в котором познакомились около часа назад, и идем ко мне.

Больше она не рассказывала ни о своём детстве, ни о родителях. Мы выпили терпкий кофе и стали жить вместе.

 

Глава 17

Январь 2011- го

- Я сказал, что больше не хочу тебя видеть?

- Было такое.

- Я солгал. Хочу видеть тебя двадцать четыре часа в сутки, и столько же времени обнимать.

- Я сказала, что никогда не читала твои книги?

- Да, было такое.

- Я солгала. После того, как прочла первую, с нетерпением ждала появления второй. Скажу, ты не заставил меня долго ждать. Обе книги впечатлили, у тебя определённо есть талант. Однако насколько же велико было удивление, когда ты остановился на двух книгах и ушёл в фото дело. Почему, джаным?

- Никогда не ставил перед собой цель стать известным писателем, чтобы сделать из своих строк работу. Я писал, потому что хотелось, и слова сами складывались в предложения. Мне не терпелось проснуться, чтобы начать писать. Мысли поступали в голову, облачаясь в слова на бумаге. Я не связывал себя контрактами, не ограничивал во времени –просто писал. Так уж получилось, что результат превзошел всяческие ожидания. Мне не нужна была известность и признание: не тщеславен. Думаю, обязательно напишу третью книгу, но это будет не сейчас и не завтра. А по поводу фотографии, я шёл к этому осознанно: идея стать фотографом не была спонтанной. Брал уроки мастерства, посещал курсы, самосовершенствовался. Думаю, не зря. Мне нравится то, что делаю.

- Надеюсь, когда-нибудь прочту и третью книгу.

- Надеюсь, когда-нибудь ты все-таки согласишься на фотосессию.

- Ах, да, - смеётся, - я ведь обещала подумать.

- Не слишком ли долго ты обдумываешь предложение?

- Получается так.

- Кстати, забываю спросить, может, сделаешь снимки для моего журнала?

- Ты предлагаешь сотрудничество?

- Что-то вроде того.

- Вынужден отказаться. Не смешиваю работу с личными отношениями. Это некая жизненная позиция, - отвечаю, закуривая сигарету.

- Пусть так. Тогда, может, сообщишь мне об остальных позициях, чтобы я знала.

- После того, как ты появилась, у меня их совсем не осталось. Да и кому они нужны, на самом деле, эти позиции. Как хорошо, что ты появилась. Как же хорошо, что ты есть.

- А если меня не станет?

- В каком смысле?

- В прямом. Однажды не появлюсь. Наши отношения однажды закончатся, разве нет?

- Почему они должны заканчиваться? Что за глупость?

- На самом деле, глупость - считать, что наши отношения будут длиться вечность, джаным.

- Пусть не вечность, но и заканчиваться им не обязательно. И вообще, ты сейчас серьезно хочешь поговорить об этом? Ты хочешь расстаться? Не понимаю, к чему весь этот разговор, - меня охватывает дрожь.

- Нет, джаным, расставаться не хочу. Но расставить точки, думаю, все же стоит.

- Какие точки? Да что на тебя нашло!

- Точки наши с тобою в том, что я замужем. То есть не выйду за тебя, потому что уже состою в браке. Ты ведь это понимаешь, не так ли?

- Браки не длятся вечно и порой заканчиваются. Ты ведь знаешь об этом, не так ли? - с трудом сдерживаю гнев, что поглощает с каждой секундой всё больше.

- Знаю. Но я бы не хотела, чтобы ты строил пустые надежды.

- Оставь мои надежды в покое, пожалуйста.

- Если ты будешь знать, что я не приду больше, ты все равно будешь ждать?

- А ты не придешь? - спрашиваю, потирая виски.

- Нет.

- Что это значит?

- Это значит, не жди меня, когда уйду.

- Давай закроем эту тему и больше не будем к ней возвращаться.

- Хорошо.

Мы больше не возвращались к этой теме. Но тогда, в отеле, она была абсолютно серьезна. В тот момент не мог знать, что причиной подобного разговора стала моя мать. Впрочем, когда узнал об этом, было уже совсем не важно. Безусловно, я не мог винить мать за то, что она решилась на разговор с женщиной, которая, по ее мнению, разрушала жизнь сына. Возможно, со стороны это именно так и выглядело. Но только со стороны.

Невозможно лишить человека надежды, даже парой грубых и резких фраз. Надежда не умирает от пары слов, она бесконечна. И даже если женщина, которую люблю, не вернется, все равно буду ждать. Тогда, в отеле, не сказал ей об этом. А стоило.

 

Глава 18

Март 2010- го

- Иногда хочется, чтобы она исчезла. Навсегда. Чтобы ее вовсе не стало, - говорит Ольга, подойдя к окну.

- О чем ты?

- Вернее спросить, о ком.

- Ты определенно не в духе, - говорю, закрывая ноутбук.

- Ну зачем она тебе нужна? Неужели не надоело?

- Видимо, тебе надоело.

- У тебя есть семья. У тебя есть я. Почему ты не можешь это понять?

- Оль, давай не будем ругаться. Я, правда, не хочу тебя обидеть.

- Твоя мама ко мне очень хорошо относится. Она постоянно спрашивает про тебя, переживает. В конце концов, хочет, чтобы у нас была нормальная семья. Дети.

- Я прекрасно знаю, к чему приводят подобные разговоры. Поэтому лучше вообще их не начинать.

- Я просто хочу иметь ребенка. Разве это плохо?

- Мы говорили об этом не раз.

- Дело в том, что она не хочет иметь детей? Или в том, что ты хочешь иметь детей только от нее?

- Нет. Дело в том, что я не хочу иметь детей. Не сейчас.

- А когда? Через десять лет? Когда? - переходит на крик, не замечая этого. - Я просто хочу иметь от тебя ребенка! Разве это преступление? Разве я не могу этого хотеть?!

- Можешь. Но это решение, которое не можешь принимать самостоятельно. Это решение двух людей, а не желание одного.

- Почему ты можешь от нее отказаться? Что это на самом деле? Уязвленное самолюбие? Что ты пытаешься доказать?

- Ничего. Но то, что ты отчаянно пытаешься себя обмануть, очевидно.

- Перестань разговаривать со мной, как с пустым местом!

- Я, правда, устал ругаться, пойми.

- Когда она исчезнет из нашей жизни!

- Пусть не исчезает, - говорю внезапно.

Ольга замолкает - становится стыдно, как не было никогда. Хочется извиниться, пообещать, что обычно обещают в подобных ситуациях. Сказать, что не хотел так говорить, мол, само вылетело. Но не могу. «Пусть не исчезает», - думаю, смотря на Ольгу. «Пусть никогда не исчезает», - повторяется в голове. Ведь если исчезнет, всё потеряет смысл.

- Я совсем тебе безразлична? - спрашивает, прервав поток мыслей.

- Оль, давай не будем выяснять отношения, прошу тебя.

- Не будем. Однажды она уйдет, а я останусь. Если кто и пытается себя обмануть, то это не я.

«Пусть не уходит», - повторяю про себя. Ольга накидывает пальто и выходит из квартиры, оставляя меня наедине с мыслями. Я понимаю Ольгу, но создавать с ней семью и заводить детей не собираюсь. Просыпаться каждое утро и понимать, что жизнь идет не так, как хотелось бы. Так живут многие, но я так жить не хочу.




:blush::blush:
17:47
Вот что значит, оценивать, не дочитав произведение целиком)) Я про себя. Предупреждать надо было))

Теперь герой стал более понятен, он бежит от стандартов. Понятно и поведение Оли, испытав такие разочарования и трагедии в жизни, человек либо замкнется в себе, не будет никому доверять, либо, действительно, как ты и описываешь, будет иметь сверхпривязанность к кому-то конкретному.

Несколько придирок: 1. В предыдущих главах герой говорил о том, что терпеть не может, как и Анна, скопления людей, и кафе, где столики стоят неприлично рядом. А тут они заходят с Анной в кафе, и герой его описывает, как уютное. Может, стоило упомянуть и тот факт, что кафе полупустое. Потому как «уютное» чаще всего как раз маленькое, а значит столики стоят рядом друг с другом. 2. Про опоздания. Анна терпеть не может, когда опаздывают. В предыдущих главах ГГ всегда приходил заранее, а тут он опаздывает, а Анна улыбается и говорит, что ничего страшного. Может, стоило ей улыбнуться, но намекнуть, что ей это не нравится, раз уж для нее это так важно. 3. Глаза цвета неба (опять-таки небо бывает разным) — стандарт))

В целом роман обволакивает, расслабляет, но иной раз как встряхнет, например, историей про Олю. Очень много мыслей, схожих с моими. Но мне не поэтому нравится, мне могут нравиться и романы, где мысли и рассуждения противоположны моим. Хорошо написано, наверное). Продолжаю читать…
18:53
боюсь уже, что ты в конце скажешь)))
шучу)
по придиркам. 1 = можно, конечно, добавлю про пустоту) 2. здесь не соглашусь — ведь они в начале пути и не столь знакомы, здесь больше вежливость. позже они уже раскрываются друг другу, узнают привычки, делятся своими предпочтениями)))
3. почему бы и нет? добавим небу чего-нибудь этакого!
спасибо!!!
я пока готовлю результаты) сегодня же итоги конкурса))
какого конкурса?
Бестия
19:53
миниатюр
А-а-а-а… ну да)))Был такой)))

Загрузка...












Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru