"Легенда о Золотой Кисти" Глава 8."До свидания, мальчики..."
Жанр:
  • Фэнтези
  • Сказка
  • Приключения

В каменном мешке не было ничего, кроме деревянной лавки и колченогой табуретки, на которой стоял кувшин с водой. В крошечном окошке под самым потолком светилась первая звездочка – такая же далекая, как и тот мир, в который уже не суждено было вернуться.

Алехандро опустился на лавку и грустно улыбнулся. 

- Прошлое все равно догонит, – тихо сказал он сам себе. – Сколько от него ни беги…

   Где-то в глубине души он был согласен с тем, что должен понести наказание. Нет, не за дурацкий «заговор», которого не было и в помине. А за то, что произошло много лет назад. В принципе, наместник был прав – Мария никогда не была счастлива рядом с маэстро. Он, и правда, был тогда слишком занят творчеством. И не мог уделять ей должного внимания…

В том пожаре, так или иначе, он тоже - виноват. Можно же было уехать из столицы и не доводить дело до беды. Но, кто же знал, что все закончится так печально?

- Я не скрывался от тебя, Пьетро. Просто тихо умирал в лесной хижине, пытаясь вылечить сначала тело, а потом – душу. С телом все оказалось гораздо проще, а вот с душой…

   Маэстро покосился на старый шрам от ожога на  руке и попытался представить – как должно выглядеть его разбитое сердце. 

- Если бы тогда, двадцать лет назад, Наместник отыскал меня и убил, я был бы ему за это даже благодарен. Потому, что все эти годы я нес свою вину, как крест. И никакая душевная боль этой вины не искупала. Видимо, у каждого – своя Голгофа…

  То, что он оказался в тюрьме, Алехандро принял, как неизбежность. И был совершенно спокоен. Выбираться отсюда любой ценой он не собирался. Никаких волшебных портретов рисовать он, конечно же, не будет. 

А «неприятные вещи» - всего лишь «неприятные вещи». Придется это вынести. И очень хочется верить – что достойно.

- Делай, что должен, и пусть будет, что будет, – вздохнул маэстро, устраиваясь на лавке и пытаясь уснуть.

   В своей глубоко личной печали он даже не вспомнил об учениках. А зря…

 

   Пабло просидел в кабаке допоздна. Пытаясь залить элем угрызения совести и воспоминания о том, что он едва не натворил. Мда, сжечь каретный сарай было бы еще полбеды, когда бы тот не стоял вплотную к мастерской. А там – холсты, краски, подрамники.  Если бы Диего не подоспел на помощь, пожар вышел бы знатный!!! Хорошенькая была бы благодарность за все то, что сделал для него учитель! 

Почти все его подопечные были сиротами, и маэстро не только занимался с ребятами живописью, но и содержал в своем доме на полном пансионе. Ученики как-то не слишком об этом задумывались, радуясь крыше над головой. И возможности рисовать.

Но теперь, едва не лишив всех этой «крыши», Пабло не находил себе места. В принципе, он был неплохим малым – и совести пока не растерял.

- Надо поговорить с Учителем. Я ведь так и не рассказал ему – откуда у меня взялась эта проклятая Кисть? Паршивый Краббс подсунул мне ее явно с какой-то целью! А я, как идиот, купился на его сладкие речи. И притащил артефакт в дом. Пора исправлять положение!

    И Пабло поспешил в мастерскую. Время было позднее и почти все обитатели уже разошлись по своим комнатам. Только Диего еще возился на кухне, домывая посуду.

- Ужинать будешь? – спросил он, окинув товарища испытующим взглядом.

- Позже! Сначала мне надо кое-что рассказать маэстро. Ты не знаешь, он уже лег?

- Мне кажется, что его даже дома нет. Во всяком случае, к ужину он не спускался. 

И вечером я его не видел.

- Как – не видел? – изумился Пабло.

   И покосился на часы, громко пробившие двенадцать раз. Такого еще не было. Даже, если Маэстро не ужинал с остальными, он всегда спускался вниз, пожелать ученикам «доброй ночи»! Это было так же привычно и постоянно, как закат и восход. Некий общий ритуал, связывающий всех живущих в доме.

- Может быть, он просто заболел? И лежит у себя в кабинете? – с сомнением в голосе спросил Диего.

  Тут Пабло с ужасом подумал, что причиной «нездоровья» вполне может оказаться Кисть, врученная  Маэстро – и чуть не взвыл.
Перескакивая, с пятого на десятое, юноша принялся рассказывать Диего обо всем, что случилось в последние несколько дней. О разговоре с Краббсом он поведал, не поднимая глаз. Стыдно – что говорить? Но – из песни слова не выкинешь…

- Так, – медленно сказал Диего. – Все это отвратительно, но надеюсь, не смертельно. Пошли, посмотрим – дома ли учитель?

   Он зажег свечу, и они стали подниматься наверх. Ступеньки лестницы зловеще скрипели, не предвещая ничего хорошего. Из-под двери кабинета не пробивалось даже лучика света.

- Маэстро или спит, или … отсутствует. Придется проверить. Ну, получим нагоняй, если разбудим. Все равно это приятнее, чем дохнуть от неизвестности. До утра-то – далеко…

   Они поскреблись в дверь. Потом громко постучали. 

- Маэстро! Сеньор Альварес! – позвал Диего.

   Никто не ответил. И они просто зашли в кабинет. Лунный свет лился из окна, освещая письменный стол и лежащие на нем эскизы. Пабло нервно покосился на лежащий там же злополучный футляр и остался на пороге. А Диего прошел в глубину комнаты и заглянул за ширму. Постель была не смята. И нигде ни записки, ни какого другого намека на причину – по которой маэстро ушел из дома…

- Странно! Вроде бы все на месте, а человека нет…

- Не просто – все на месте. Даже Золотая Кисть – и та в наличии.

   И Пабло опасливо махнул рукой в сторону черного футляра.

- Не помню ни одного случая, чтобы сеньор Альварес исчезал из дома, совсем никого не предупредив – вздохнул Диего. 

– Если он куда-то уезжал, то всегда выдавал нам деньги и инструкции: чего и когда нам делать. Даже, если он просто оставался ночевать у кого-то из друзей, как правило, присылал слугу с запиской. Ничего не понимаю! Куда же он мог деться?

- Он – в тюрьме, – раздался тихий голос.

   Друзья подскочили, как ужаленные и дружно обернулись. Из темноты коридора на них грустно смотрел … Тони.

- В какой тюрьме? За что? Что ты несешь? И откуда знаешь? – наперебой набросились они с вопросами на младшего товарища.

- Пока что в нашей. В Замке наместника. Маэстро обвиняют в заговоре. «Единственный художник» написал на него донос. А  знаю я потому, что живу рядом с Краббсом. Этот подлец так громко радовался, что даже … моя кошка в курсе происходящего. Поэтому я – здесь. Надо что-то срочно придумывать и вытаскивать сеньора Альвареса из застенка. Потому  что обвинения серьезные. И его могут отправить в Королевскую тюрьму. А туда уже никому из нас не попасть и не добраться. Разве что – в качестве соучастников.  В соседнюю камеру…

- Замечательная перспектива! – воскликнул Диего, присвистнув  и падая в ближнее кресло.

   А бедняга Пабло прижался к стене, с ужасом понимая, что в этой истории он - самый виноватый…

Диего бросил на него мрачный взгляд, который был красноречивее многих слов. 

- Я убью этого Краббса!  - безнадежно простонал Пабло.

- Ну, да! И сядешь в тюрьму! В соседнюю камеру, как сказал Тони. А учителя это не спасет.

- Ребята, что случилось? Почему вы собрались здесь? А, кстати, где маэстро?   

   Паулино вбежал в комнату, удивленно и встревоженно оглядываясь по сторонам. 

- Сейчас узнаешь! 

   Диего вскочил и ударил кулаком по столу. 

– Учитель в беде! Зови Джованни и Франциско, будем вместе думать, как его спасти!

   В этот тревожный вечер Тони пришлось несколько раз повторить свой рассказ. 

- Я пока не представляю, чем мы сможем помочь маэстро, – Франциско устало потер лоб. – Дружище, расскажи еще разок, что именно кричал  подлец Витольдо? Может, отыщется, какая зацепка.

- Ну, Краббс от «счастья» только что джигу на крыше не плясал! А, вспомнил! Он все время вопил: «Лети, мой донос, быстрой мухою! Еще три дня – и я точно стану «единственным художником»! Не только этого городишка, но и всей страны!»

- Черт, парни, это значит, что через три дня наместник отправит донос  в столицу… 

   Ученики в ужасе переглянулись.

- Надо действовать быстро! Но что мы можем предпринять?

- А ведь наместник вообще не имел права арестовывать маэстро.  

   Джованни, который до этого сидел в углу, закрыв в отчаянии лицо руками, неожиданно поднял голову и заговорил быстро и четко: 

- Наш город вот уже много столетий считается Вольным, а, значит, не подчиняется власти короля. Должность наместника  здесь – всего лишь формальность. Даже, если наместник заподозрит гражданина города в государственной измене, он обязан будет передать заговорщика бургомистру, который и проведет расследование. 

- И к чему ты все это сказал? – недоуменно протянул Паулино.

- К тому что, арестовав учителя, наместник пошел против закона! Отняв свободу у гражданина Вольного Города Мастеров! И мы имеем полное право призвать его к ответу и потребовать, чтобы он освободил маэстро!

   Ученики художника ошеломленно слушали своего товарища. За годы обучения в Школе Альвареса они как-то забыли, что Джованни, вечно влюбленный и рассеянный мечтатель,  когда-то учился совсем другой профессии. Он прошел курс правоведения в далеком северном городе, в университете, куда его почти насильно засунул троюродный дядя. 

Но потом юноша сбежал из дома, поступил в ученики к Алехандро и круто изменил  свою жизнь. Однако, именно сейчас полученные им знания оказались, как нельзя кстати.

- Правильно! – Франциско резко выпрямился, карие глаза сверкнули гневом. 

– Мы должны рассказать всем горожанам о том, что произошло с маэстро! 

Пусть каждый, кто называл себя его другом вместе с нами идет к стенам Замка и требует его освобождения. Наш Город Мастеров скоро вспомнит свое славное боевое прошлое!

   Наутро Город гудел, как разбуженный улей. Страшная весть о доносе и заключении Алехандро под стражу стремительно перелетала из уст в уста. И мрачнели лица, загорались праведным гневом глаза.
Франциско был прав: никто не остался равнодушным к беде художника -  талантливого мастера и всеобщего любимца.
Юноши и мужчины вооружались, готовясь идти на приступ замка. А мастерская Алехандро  стала походить на маленький арсенал. Ученики  разбирали шпаги, пистолеты, ружья, щедро предоставленные им оружейниками Города Мастеров.

- А ты, дружок, никуда не пойдешь! – Диего попытался выхватить из руки Тони тяжелый пистолет. – Останешься здесь и будешь ждать нас.

- Это еще почему – не пойду?!

   Тони в запальчивости топнула ногой. 

– Я хочу спасти маэстро не меньше, чем вы! И пойду на любой риск ради его освобождения.

- Надо же, какая смелая девчонка! – изумился про себя Диего. 

   И украдкой бросил на девушку восхищенный взгляд. 

– Но как же мне убедить ее не подвергать себя страшной опасности? 

   Юноша подошел к Тони. 

- Послушай,  - мягко произнес он. – Я понимаю твою решимость, но подумай о тех, кто ждет тебя дома. Что будет с ними, если с тобой вдруг случится непоправимое? Если ты не вернешься из этого боя?

   И, увидев, как серые глаза девушки наполнились слезами, Диего понял, что нашел правильные слова.

- Она вспомнила о брате, – догадался юноша.

   Тони, всхлипнув, порывисто обняла Диего.

- Пожалуйста, вернись живым!  
И, обернувшись ко всем  друзьям, повторила звонким от слез голосом: 

- Вернитесь невредимыми! И приведите с собой маэстро. Берегите себя, мальчики!

 

    Стоя на крепостной стене, Пьетро ди Скарпиа разглядывал в подзорную трубу огромную армию горожан, которая двигалась  неотвратимостью лавины  по мосту к воротам замка.
Наместник хмурился: война с Городом не входила в его планы. Но раз уж этот сброд осмелился  бросить ему вызов, надо, как всегда,  переломить ситуацию в свою пользу.
Привычная ухмылка скользнула по лицу Пьетро:

- Я, кажется, обещал, Алехандро, что смешаю твое имя с грязью? Пора, пожалуй, осуществить обещанное! Итак, начнем переговоры.

   Надодной из башен замка неожиданно взвился белый флаг.
Горожане, чувствуя подвох, остановились на середине дороги. К всеобщему изумлению, наместник сам вышел навстречу народной армии,  небрежно помахивая белым платком. Чуть позади него топали два гвардейца, подняв взведенные курки ружей.

- В чем причина столь странного  поведения, уважаемые жители Вольного Города Мастеров?
 В голосе Пьетро, казалось, звучали искреннее изумление и горькая обида.
– Почему вы, почтенные мастера и ремесленники, стоите здесь, под воротами моего Замка с оружием в руках, словно воры и разбойники?

   Из толпы горожан неторопливо вышел старый оружейник. Встал в двух шагах от наместника, положив руку на эфес клинка.

- Мы хотим знать, по какому праву вы посмели арестовать маэстро Алехандро Альвареса? Знаменитого художника и почетного гражданина нашего Города!

   Пьетро ди Скарпиа  удивленно вскинул брови, потом горестно покачал головой.

- Почетного гражданина? О, как вы ошибаетесь, уважаемые мастера! Все эти годы, так называемый,  маэстро Альварес жестоко обманывал вас, притворяясь честным и порядочным человеком. Мне доподлинно известно, что он замыслил узурпировать власть в Городе Мастеров и лишить его граждан всех прав и привилегий! Пользуясь своим проклятым Даром изменять реальность в свою пользу, коварный художник решил написать автопортрет, изобразив себя правителем вашего несчастного города. Жестоким и кровожадным тираном! 

Но я вовремя раскрыл этот заговор. Теперь преступник Алехандро сидит в темнице, а вашему благословенному городу ничто не угрожает. Поэтому идите по домам, уважаемые мастера, и бросьте  оружие. Но помните, что истинный спаситель Города – я, а ваш хваленый маэстро – мерзавец, помешанный на жажде власти.

   Последние слова сеньор Скарпиа произнес с особым удовольствием, осклабившись в самой любезной из своих фальшивых улыбок.
Потрясенные жители Города  на миг притихли. Но звонкий отчаянный крик разорвал гнетущую тишину:

- Грязная клевета!

   Кричал Паулино - самый тихий и робкий из всех учеников маэстро.Теперь  его трудно было узнать! Юноша вырвался вперед, оттолкнув старого оружейника в сторону. Он выхватил клинок и направил его в грудь наместнику. 

- Ты не смеешь пятнать имя моего учителя! Маэстро Алехандро лучший из всех людей, кого я знаю! Он подобрал меня на улице, когда я умирал от голода, дал мне приют в своем доме. Все эти годы он относился ко мне, как к родному сыну!  

   Диего встал рядом с другом плечом к плечу. 

- Это правда! Я могу подписаться под каждым словом. Многим из нас маэстро заменил родного отца! Люди! – юноша обернулся к толпе горожан. – Что же вы молчите?! Разве вам нечего сказать в защиту лучшего художника страны?

   И толпа взорвалась громкими криками:

- Конечно, клевета!.. Маэстро столько сделал для нашего города!.. Да вы видели его картины?! Разве злодей может написать такую  красоту?! А скольким людям Алехандро помог! И, что значит «доподлинно известно»?! Не иначе, как Краббс донос подмахнул!..

   Наместник только ежился и пятился назад, подгоняемый этими криками. Гвардейцы сделали шаг вперед, направив ружья на толпу. 

   Пьетро закричал громко и пронзительно:

- Я все равно не выпущу Альвареса из темницы до конца расследования его дела! И если вы продолжите бунт – заговорят мои пушки!

- А жив ли маэстро? – выкрикнул кто-то из толпы.

- Да что ему сделается!

- Покажите нам его! – толпа разбушевалась не на шутку.  

   Требования немедленно вывести Алехандро из темницы звучали все громче. Пьетро нервно закусил губу. Но в его сознании уже созрел новый план.

- Так и быть, уважаемые мастера, - нарочито спокойно произнес наместник. – Сейчас вы увидите вашего дорогого маэстро. А потом немедленно уберетесь от стен моего Замка!



Похожие публикации:

"Легенда о Золотой Кисти" Глава 10."А бумага кончится - нарисуем жизнь..."
Чтобы спасти Диего Тони решается использовать Золотую Кисть. Никто не знает, к каким последствиям это приведет.
"Легенда о Золотой Кисти" Глава 11."И лишь, надежда, ты не спеши покидать меня, оставлять меня..."
Заключенный в темницу маэстро неожиданно находит друга, там, где и не ждал. А ученики решаются использовать Золотую Кисть, чтобы вызволить его ...


Нет комментариев. Ваш будет первым!

Загрузка...









Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru