Темпоральный идиотизм или захватывающие приключения тупого гения
Жанр:
  • Фантастика
  • Наука
  • Юмор
— Кис-кис-кис, Шрёдингер! Ох, ты, мой хороший!
Профессор поставил на пол тарелку с молоком. Из-за угла выбежал большой серый полупрозрачный кот. Он то ли существовал, то ли нет. Точнее, он и был, и не был одновременно. Подбежав к миске, сорванец принялся лакать. Когда молоко сделалось эфемерным, будто разбавленное водой (и выпито, и не выпито), довольный Шрёдингер убежал по своим делам.
— Бедный котик, что с ним произошло? — спросила молоденькая соседка, не успевшая погладить зверушку.
Учёный тяжко вздохнул:
— Заигрался. Погнался за мышкой и попал в сингулярность. Ветеринар сказал: медицина тут бессильна.
— Жаль. Он ведь такой ми-и-илый…
— Как тебе сказать, голубушка? Он одновременно и милый, и не милый.
— Профессор, — жалобно пробормотала девушка. — Иногда я чувствую себя такой глупой, ведь я вообще ничего не понимаю в физике…
— Он тоже ни хрена не понимает! — раздалось из прихожей. Жена бросила сумки на диван и уставилась на соседку: — Стоило мне выйти на пять минут, а ты уже незнакомых девушек в дом приводишь!
— Я просто за солью зашла, — испуганно пробормотала гостья и побежала к выходу.
— Ну что ты, мусечка, — залепетал профессор, когда дверь захлопнулась. — У меня ведь не только степень, а ещё и куча патентов на разные…
— Твои патенты хуже импотентов, — жена бухнула на стол палку колбасы. — Денег они не приносят. Ты знаешь, что яйца опять подорожали? За десяток — пятьдесят рублей, а неделю назад было тридцать! Пришлось оставить на кассе. Если бы твой чёртов кот на прошлой неделе не набросился на меня и не разбил яйца, что я несла с ярмарки…
— Но рыбка, — профессор обнял ворчливую жену. — Я пытался продавать свои изобретения. Но мне сказали: это никому не нужно. Вот если бы я придумал новый экран для iPhone или Windows, который не тормозит, они бы ещё подумали…
— Вот и изобрети! Если нет пользы, на кой фиг тратить время? Знаешь? С меня хватит! Я уезжаю к маме!
Она сгребла продукты обратно в пакет и, хлопнув дверью, ушла. Профессор остался один. Полупрозрачный кот, одновременно и существующий, и несуществующий, запрыгнул к нему на колени и принялся топтать коготками. Было как будто и колко, и нет. Учёный почесал сладко улёгшегося на брюках Шрёдингера.
— Пользу? — пробормотал профессор. — И какую же пользу способна принести портативная сингулярность? Может, террористам продать? Нет, у них своей взрывчатки хватает. Придумать мусорку с "чёрной дырой" внутри, которая сама себя выбрасывает? Не пойдёт, столько людей останется без работы! О, придумал!
Захотелось крикнуть "Эврика!", но на коленях так сладко спал (или не спал), тихо порыкивая, маленький пушистый "моторчик".
— Сделаю так! Изобрету машину времени, вернусь на неделю в прошлое и куплю яйца по тридцать рублей за десяток! — ликовал мужчина. — Осталось посчитать рентабельность. Нужно умножить логарифм на экспоненту… Поделить на квадратный корень из нуля… Помножить на число "пи" в степени "пи"… Отлично! Всё окупилось! Цена за электричество плюс стоимость яиц со скидкой на целых три рубля дешевле суммы, которую бы я отдал на рынке сегодня! Я гений!
Машину времени он собирал ещё три дня.
Пиная раскиданные по полу упаковки из-под лапши "Ролтон" и пустые бутылки от газировки, профессор подобрался к венцу своего творения.
Семь магнитных расчёсывателей для суперструн. Двадцать два выпрямителя свёрнутых измерений. Одиннадцатимерное сверло — не для "чёрных дыр", но для "чёрных отверстий"! Печатные платы, висящие на проводах, и баллон с ксеноном, купленный у бомжа за бутылку.
Да, всё это стоило денег! И даже пришлось ждать десяти утра, чтобы купить водку для алкаша, но (как здраво рассудил учёный), если целый год покупать яйца по тридцать рублей, затраты восполнятся. Ведь он же не дурак, кое-где и сэкономить догадался.
Искры закружили между магнитами, затем прямо над чайником (переделанным в ионную пушку) начал вырастать мрачный бурый шар. Шрёдингер забился под диван. Кот знал: с "чёрными отверстиями" иметь дело опасно. Хотя, наверняка, подсознательно питал надежду, что мышка, убежавшая в уютную норку сингулярности, по-прежнему там.
— Главное — не забыть сумку, — воскликнул профессор. — Это же лишние полтора рубля!
… И ступил во мрак.
Изнутри "кротовая нора" выглядела не менее странно. Если вблизи стенки смотрелись строго и стильно — такой черноте позавидует любой LED-телевизор, — то чуть подальше из-за "красного смещения" она приобретала противный коричневатый оттенок, как ржавая канализационная труба.
Впереди заблестел корявый разлапистый гиперкуб из чёрт его знает скольки измерений. Спустя пару минут он втянул профессора внутрь. Когда ломаная фигура развернулась на всё видимое пространство и стала ярмаркой, учёный побрёл к ларьку с яйцами.
Ура, гипотеза подтвердилась! Всего тридцать рубле… ах, чёрт, всё-таки тридцать три. Эта заносчивая "рыбка" опять приврала, и из-за неё расчёты оказались неверными. Машина времени окупится не через год, а через полтора года!..
А вот и Рыбка! Шагает с ярмарки. Надо куда-нибудь спрятаться, а то её ещё удар хватит: муженёк — на рынке!
Скрывшись в толпе, профессор вспомнил, что как раз в этот момент жёнушка подвергнется нападению Шрёдингера. Всю неделю, каждый день она по десять раз напоминала об этом случае, будто это не котик, а сам муж на неё напрыгнул.
Свирепый хищник пулей вылетел из-за угла и вцепился Мусе когтями прямо в ногу.
Случилось непоправимое!
Нет, фиг с ними, с тремя десятками яиц, рухнувшими на асфальт.
Ведь кот одновременно и существовал, и не существовал.
Поэтому он, то ли налетев, то ли не налетев на женщину, то ли пихнул её, а то ли и не пихнул. Нет, не так.
Жена одновременно осталась стоять на месте, выронив от неожиданности сумку с яйцами.
И одновременно её отбросило в портал.
Одна полупрозрачная фигура осталась посреди рынка, а другая улетела в червоточину, всё ещё чернеющую посреди улицы.
Нет, мелкий игрун не мог так сильно влиять на материальные вещи. Его веса не хватило бы, чтобы разделить надвое такой массивный объект, как Рыбка.
Однако не забывайте, что рядом находилась "чёрная дыра", лазейка в будущее, послужившая катализатором этого термоядерного непотребства.
— Ёкарный пингвин! — выругался учёный, но поделать уже ничего не мог. Нужно скорее бежать в червоточину, чтобы жёнушка не повторила участи глупого кота. Ведь ещё был шанс всё исправить!
Воспользовавшись тем, что оставшаяся на рынке часть женщины кричала вдогонку животному (или не кричала) совсем не фантомные ругательства, мужчина юркнул обратно в темпоральный прогал.
— Идиотизм, — брюзжал он, топая к гиперкубу, окрашенному в цвет обоев его квартиры по коричневой "кротовой норе".
Фантомный призрак жены он застал на полу.
Странно, но полупрозрачность её была не так заметна, как у Шрёдингера. Возможно, это из-за привычки мазать лицо тоннами косметики.
К счастью, гардероб по-особому разделился меж двух копий и был полностью материальным. Если брошенная в прошлом Мусечка, ничего не заметившая, осталась в верхней одежде, то у Рыбки (которая переместилась в наши дни) сохранились бельё и свитер.
— Что со мной случилось? — пробормотала она и схватилась за голову. — Я ведь только что была на ярмарке.
Вырубая машину времени, мужчина ляпнул первое, что пришло на ум:
— Рыбонька, ты ударилась головой и потеряла память о последней неделе. Врачи говорят, ты всё вспомнишь, а пока полежи. Я принесу тебе поесть.
— Ах ты, мой хороший, — улыбнулась она, утирая слёзы счастья, когда он накрыл её одеялом и побежал готовить кофе. Пришлось снять с машины времени чайник и отмыть его от ионов.
Весь вечер муж ухаживал за избранницей, которая стала неожиданно тепло к нему относиться. Наверное, в благодарность за заботу.
Он даже подумал: "А может, ну её, в коллайдер адронный, эту злую жену? Пусть живёт у мамы, а мне и с этой хорошо".
И ничто не омрачало их романтическую идиллию. Только Шрёдингер посреди ночи нагадил на пол (а одновременно — не нагадил). Вроде бы, на всю квартиру завоняло, но как бы и нет. С одной стороны, запах неприятный… а с другой — как это прекрасно, когда ощущаешь альпийскую свежесть!
Чтобы убрать призрачную лужу, профессор вылил на тряпку ионизированную воду из чайника и чуть не расплавил ковёр. Пассия даже не стала браниться и лишь улыбнулась.
А на следующее утро в замке заскрёбся ключ.
— Дорогой! Мы пришли!
"Мы! — это слово сразу же пробудило учёного ото сна. — Мы — это с кем?!"
— Мама приехала у нас погостить, — воскликнула Мусечка (злая копия жены). Следом за ней ввалилась тёща.
Чтобы две "ксерокопии" друг друга не увидели, учёный закрыл дверь в детскую (там храпела Рыбка) и проводил женщин на кухню.
— А у вас тут бардак. В доме мужика, что ли, нет? — съязвила тёща.
— Да какой он мужик, — подхватила эстафету Муся. — Яиц уже неделю в доме нет.
— Мамочка, может, вам колбаски отрезать? — пробормотал оторопевший муж, а тёща ляпнула:
— Колбаса без яиц — как врачи без больниц, — и бабы оглушительно заржали.
— Почему же, есть ещё два…
— Что-то незаметно! — добила жена и встала из-за стола. — Знаешь, мамочка, пойду-ка я носик припудрю. А ты пока объясни этому ничтожеству, кто оно такое.
Хлопнула дверь ванной. С этими сварливыми бабами учёный совсем забыл про Рыбку, запертую в детской. Но когда вспомнил, было уже поздно. Тёща встала из-за стола, открыла дверь второй спальни и оказалась в одной комнате с доброй женой, прилетевшей из прошлого.
— Ты уже легла здесь? — спросила старуха, не заметив подмены. — А где же ночевать мне? В одной кровати с твоим муженьком, что ли? Ах, да, он ведь и не мужчина в полном смысле слова.
— Что ты мелишь, мам?! — возмутилась Рыбка. — Он такой заботливый! Я так рада, что не послушала тебя и вышла за него замуж!
Тёща застыла от неожиданности.
— Но ведь ты только что говорила про него, что…
— Не смей его оскорблять! — добрая жена стукнула кулачищем по матрасу. — Или я никогда больше не пущу тебя на порог!
Старуха охнула и вышла из спальни. Ванная оказалась пуста. Умывшись, старушка вернулась на кухню, где её ждало другое воплощение дочери.
— Вот и ты, мама, — сказала Мусечка. — Ну что, поговорила с зятем?
— Этот… — пожилая женщина осеклась и сменила тон. — Твой муж — очень умная и образованная личность.
— Что ты несёшь! — Муся оскалилась. — Да он просто ничтожный кусок половой тряпки! Он — как лопата без черенка! Как сковорода без ручки! Он тупой, глупый идиот!
— Ох, доченька, утомили вы меня. Пойду, прилягу…
К удивлению тёщи, в детской спальне она снова обнаружила дочь.
— Ты так быстро сюда улеглась. Дай мне отдохнуть, вы с вашим слабоумным муженьком меня уже…
— Я же просила! — возмутилась Рыбка. — Он очень милый, ласковый, настоящий джентльмен! И никогда больше не говори о нём гадостей! Я люблю его, и всегда буду любить!
Будто взрывной волной, бабку вынесло в коридор, и глянув на сидящую на кухне Мусю, со словами: "Что-то мне нехорошо", — была такова и даже входную дверь не за собой не закрыла. Ушла к себе домой.
А затем случился пространственно-временной коллапс.
Чтобы понять всю суть ситуации, вернёмся на пару минут назад и проследим за соседкой, которая ждала своего нового кавалера (они познакомились в библиотеке у полки со Стивеном Кингом). Молодой человек не только явился заранее, но и принёс букет с прекрасными розами — целых три штуки!
В сей торжественный миг из подъезда выскочила тёща учёного, которая, не заметив Шрёдингера, наступила ему прямо на пушистый, полупрозрачный хвост.
Кот завизжал (и одновременно с тем — не завизжал) и набросился (или не набросился) на кавалера девушки. Тот рассыпал цветы по асфальту (или не рассыпал).
Да, это важный момент. После столкновения с фантомным котом цветки пусть и стали эфемерными, но теперь их было целых шесть штук! Обрадовавшись, влюблённые пошли гулять.
Тем временем в детской спальне между Рыбкой и Мусей разразился скандал.
— Ты кто такая, и что ты забыла в моей квартире?!
— Это ты что тут делаешь такая красивая?!
— Ты сама себя в зеркале видела?!
— Как ты смеешь так разговаривать, тебя что, лесные звери воспитали?!
— Ну, тебя-то точно никогда никто не воспитывал!
— Ах, ты! Вон - за дверь! Если протиснешься!
— Да уж постройнее буду, чем ты!
— Получи, вредная слоняра!
Они бросились друг к другу и сцепились не на шутку! Вокруг полетели упаковки от лапши и пластиковые бутылки. Грохот стоял неимоверный!
Пока учёный думал, как их разнять, в открытую входную дверь забежал взбесившийся Шрёдингер и прыгнул на Рыбку, столкнув обе копии жены.
В центре комнаты запылало чёрное пятно.
— Полный коллапс, — выругался профессор и, ужаснувшись, сел на пол.
Зная, как действуют "чёрные дыры" (или "чёрные дуры", если точней), он ожидал самого худшего. Но какой смысл рассказывать весёлую историю с плохим концом?
Квартира не взорвалась, и даже Вселенная не схлопнулась. Просто вместо двух дерущихся жён в комнате оказалась одна — в ночной рубашке поверх свитера. Объединившаяся воедино и прифигевшая.
Во время казуса, похоже, нашлась и вторая половина кота. Шрёдингер стал единым целым и теперь мог наделать вполне реальную лужу.
Но самый приятный сюрприз — характер Рыбки-Муси! Она помогла мужу с уборкой, приготовила вкусный ужин, а затем заполнила заявку на Нобелевскую Премию, за что профессор был ей безмерно благодарен. Сам он точно бы не догадался!


Похожие публикации:



12:23
Ну вот, Гриша еще до газетных «ученых» открыл, что люди рядом черной дырой клонируются))
Отож! Хотя это не просто дыра, это червоточина :D
21:16
Один хрен, сингулярность. Хотя нет, червоточина — это два хрена.
А мне другое на ум приходит (точнее, рот… и то что с другой стороны, с ним связанное… нос, например XD ) :D
Ну и намучился я с этим котом. Получилось не совсем гравитационное линзирование, но поехавшая картинка его немного напоминает.

А вот и полный размер
Ха))))Классно)) Посмеялась от души!

Загрузка...







Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru