"Рыцарь Случайного Образа" Глава 31."Все в городе этом пророки, но я – порок"
Жанр:
  • Фэнтези
  • Сказка
  • Приключения
  • Юмор

  Хелена собралась еще раз, как следует, встряхнуть музыканта. Но тут со скрипом распахнулись ворота, и во двор въехала телега, груженая бочками.

Два крепких парня принялись снимать их и перетаскивать поближе к входу в заведение.

- Хозяин, выходи! Свежий эль да пивко прибыли! – зычно заорал юркий мужичок в шляпе с петушиным пером. – Эй, сынки, шевелитесь живее! У почтенных постояльцев, поди, глотки уже пересохли.

  Толстый хозяин трактира вразвалочку вышел на крыльцо, поправил широкий кожаный пояс и недовольно спросил:

- Почему сегодня так поздно прикатил?

- Так ведь в городе черти что творится! – всплеснул руками пивовар, - Меня стража у ворот выпускать не хотела! Все бочонки простучала – не прячется ли там кто-нибудь?

- Да кто там может прятаться? – хмыкнул трактирщик. – Разве что карлик какой-то?

  Услышав слово «карлик», Хелена отпустила воротник Седрика  и начала внимательно слушать.

- Там другое произошло! – вытаращив для убедительности глаза, поведал торговец элем. – Говорят, банду ночных демонов недавно накрыли! Все разбойники, правда, разбежались, а вот атаман их в каталажку загремел.

- Врут, поди! – скривился хозяин заведения. – Как же их поймаешь, ежели они – нечистая сила?

- А, может, не врут? – возразил пивовар. – Рассказывали, что предводитель страшилищ этих весь лохматый, бородатый, нос кривой, словом – ужас!

А силищей обладает такой, что целый отряд с ним два часа дрался и еле-еле на лопатки уложил.

- Ну, хватит сплетни толочь, как бабка на базаре! – хмыкнул кабатчик. – Пойдем лучше бочонки твои пересчитаем.

  Помощники торговца элем вкатили в двери трактира последнюю бочку, и двор опустел.
Хелена с трудом перевела дух.

- Не нравится мне все это! – воскликнула она. – Седрик, а ну поднимайся, лентяй! Ты же мне сам рассказывал про  чертовых демонов. Как можно оставить друзей одних в этой страшной столице, если по ней бродят такие чудовища?!

  Менестрель нехотя встал, прижимая к груди лютню, и произнес странным голосом:

- Да никакие они не демоны. Обыкновенные сынки богатеев, разодевшиеся в черные тряпки. Это они развлекаются так по ночам.

- Нападая на случайных прохожих?! – ужаснулась девушка.

- Ну, да. Денег у них и так – куры не клюют. А грабят они просто для того, чтоб нервишки себе пощекотать. Ну, и заодно насладится собственной властью над беззащитными, всласть упиться их страхом. Мол, мы, аристократы - голубая кровь, и так далее, и пусть жалкий сброд трепещет перед нами!

  Хелена поморщилась от отвращения.

- А ты-то, откуда все это знаешь? – с подозрением спросила она.

  Вместо ответа Седрик взъерошил волосы и хмуро сказал.

- Ладно, идем к себе. Я тебе котомку помогу собрать. А в столицу все равно не пойду, хоть на аркане меня тащи!

  Дочь кузнеца молча развернулась, вошла в трактир и поднялась по шаткой лесенке на второй этаж. Зашла в тесную комнату, где вместо перины на кровати лежала охапка соломы и принялась яростно греметь молотком и клещами, укладывая их в дорожном мешке. Музыкант виновато сопел в углу.

- Ну, не молчи ты так презрительно! – не выдержал, наконец, он. – Да, честно признаюсь, я не герой! И трусоват, порой, бывал, и тырил, что плохо лежит. Но вот такого ледяного прощания, клянусь, не заслужил!

  Хелена резко обернулась к нему.

- Ты не герой, - тихо сказала она. – Ты просто подлец и предатель! Сэр Бэйли спас тебя, а ты даже пальцем пошевелить не хочешь, чтобы выяснить, что с ним. Ты бросаешь меня одну, зная, что в столице орудует шайка бандитов! Ну, и черт с тобой! Пой дальше свои песенки и береги свой тощий зад! Вдруг судьба решит расплатиться с тобой за предательство, надавав хороших пинков!

  Седрик глухо выругался и топнул ногой.

- Да нельзя мне в столицу, понимаешь ты  или нет?! – заорал он. – Если меня там опознают, мигом в тюрягу уволокут, а то и куда похуже!

- Воровать не надо было!

  Менестрель подскочил к девушке и с неожиданной силой дернул ее за плечо.

- Выслушай меня, чертова упрямица!

  Хелена привычно размахнулась, но на этот раз музыкант перехватил ее руку.
И было в его взгляде что-то такое, что заставило Хелену прервать поток брани.

- Жили-были два брата, - почти спокойно сказал Седрик. – Оба были сыновьями одного очень богатого купца. Только один ел-пил на золоте и одевался в шелк и бархат, а другой – носил лохмотья и таскал куски из свиного корыта.

  Менестрель говорил непривычно тихим, монотонным голосом. Он разжал пальцы, и дочь кузнеца растерянно опустила  руку.
- Ну, шалун был купчишка  в молодости, с кем не бывает? Обольстил одну хорошенькую кухарочку, а та и родила ему дитя почти в один срок с законной женой. Родила, а как мальчишка подрос – видеть плод своего позора не захотела. И вышвырнула в каморку, рядом с комнатами прислуги. Так вот я с тех пор и жил. Папаша меня знать не знал, мамаша при каждом удобном случае ублюдком называла  и орала, что я ей жизнь сломал. А прочие слуги – били за дело и без дела, и тоже обзывали всякими разными словами. А чего бы не поглумиться над сопливым тощим уродцем, за которого все равно заступиться некому? Надо же как-то простым людям развлекаться! Ну, а когда я вырос, а братцу моему пришла пора знания получать, папаша вспомнил, что у него там кто-то  есть. Призвал меня к себе, велел выдать чистую одежду. Камердинером, значит, при родном брате приставил. Вот как моя карьера от кухонного мальчишки до небес взлетела!

  Менестрель горько усмехнулся и продолжил, глядя мимо Хелены.

- В университете братец  учиться сразу не захотел. Ему больше нравилось по кабакам гулять, да девок тискать. А поскольку на морду были мы с братцем  весьма схожи, то приказал он мне надевать его камзольчики и бегать вместо него на лекции. Вот так ублюдок  студентом заделался!

  Седрик помолчал, смотря  перед собой неподвижным взглядом.

- Ты хоть знаешь, что это такое? Всю жизнь слушать одни оскорбления - и вдруг тебя называют молодым ученым! Дорогим коллегой – вот как! Вместо ругани и грязи – чистые аудитории, умные беседы, книги разные. Мне показалось, что я в рай попал! Знания я впитывал, как губка. В аттестат братца отличные отметки только так и сыпались! А уж когда у нас занятия музыкой и поэзией начались!..

  Менестрель махнул рукой и грустно улыбнулся.

- Я понял – вот мое призвание! Мастер Высоких Искусств, помнится, удивлялся, что не хочу я про любовь и красоты там разные писать. А все норовлю про жизнь простого люда стишок выдать. Но все же  перед профессорами меня хвалил всячески.

  Седрик снова замолчал, а потом  устало произнес:

- Ну, а дальше ты, наверно, и так знаешь. Слышала мой разговор с Редмондом, поди? Братец прогулял половину отцова наследства. И задумал продать лютню. Мою единственную радость в этой жизни! В ту ночь брательник напился, как свинья, да и пнул мою девочку, когда та ему на пути  попалась. А я в ответ треснул его по башке, лютню забрал и в ту же ночь бежал из столицы. Теперь понимаешь, почему мне нельзя туда возвращаться?.. Черт, да что это с тобой? Не реви, говорю, не реви! Нос распухнет, а он у тебя и так не маленький.

  Но Хелена плакала, не таясь, и шумно всхлипывала в старый передник.

- Извини, Седрик, я ж не знала ничего, - выговорила, наконец, она. – Конечно, при таком раскладе тебе в столицу возвращаться – чистое самоубийство. Ладно, иди своей дорогой, а я уж сама как-нибудь справлюсь.

  С этими словами девушка подняла мешок, чтоб закинуть его на плечи. Менестрель задумчиво посмотрел на нее и вдруг резким движением выхватил поклажу.

- Ты  зачем это сделал?

- Мы ж договорились, вроде, что в дороге я припасы несу, - подмигнул музыкант. – Ну, чего смотришь, как блоха на колокольню? Может, мне захотелось на стены родной альма матер хоть разок взглянуть? Да и жалко мне, понимаешь, бедных уличных воров и сводников. Ты ж от них мокрого места не оставишь!

  Синие глаза Хелены широко распахнулись и вспыхнули теплым светом.

- Так ты со мной идешь, что ли? – прошептала она.

- Ну, конечно! Можешь считать, что я спятил  или впрямь рыцарским благородством от твоего благодетеля заразился. А может, - тут он ласково погладил гриф лютни, - моя подружка мне подсказала, что нехорошо бросать девочек одних посреди уличного сброда. Пошли, победительница драконов! Хотя – нет! Давай-ка сначала прикупим для меня кое-что. Ласковые объятья стражников не входят в мои планы, и по этому поводу у меня возникла одна идея.

  Примерно час спустя к воротам подошли две девицы, весьма отличные друг от друга ростом и телосложением. Одна – невысокая и крепкая, пламенела щеками, сердито сопела и глядела на все исподлобья. Другая - высокая и стройная, с кокетливым кружевным чепчиком на голове, шла, томно опустив взгляд, но выпрямив спину и кокетливо покачивая бедрами.

Развеселившиеся стражники поощрительно засвистели. Первая девица сердито дернула товарку за рукав и бросила в подставленную стражем ладонь несколько монет. Представители закона расступились. Вторая девица продефилировала мимо них в высокие ворота, едва не сбив одного в канаву. Первая от души чертыхнулась и поспешила за ней. Вслед подружкам понеслась восторженная ругань и зазывное цоканье языком.

- Кого ты из себя изображаешь, шут гороховый? – сердито прошипела Хелена, когда они с музыкантом поднялись на мост. – Уличную девку, за которой мужики хвостом увиваются? Так нам такая свита вовсе ни к чему! Сам говорил – войдем в столицу тихо, не привлекая внимания.

  Седрик бросил на дочь кузнеца снисходительный взгляд и выразительно похлопал подмалеванными сажей ресницами.

- Драгоценная кузина, а тебе бы не мешало чуть-чуть подкрасить губки и как-то смягчить агрессивное выражение лица. Право слово, столичные дамы с такой мрачной миной не ходят. И не топай так громко при ходьбе, это неженственно! Походка должны быть от бедра, пластичной и танцующей, чтобы от твоих…э-э-э … округлостей было глаз не отвести! На тебя возницы должны заглядываться, а не лошади шарахаться… Смотри, смотри, вон опять стражники стоят. И оба явно косятся в нашу сторону! Ну, будь хоть чуточку в образе. Представь, что ты приехала в Примаверу на поиски жениха. И тебе безумно понравился вон тот усатый тип. Ну-ну, покажи мне страстную тигрицу! Иди плавно, еще плавней… тряхни кудрями, грудь вперед! Ай!.. Я ж ничего плохого не сказал. Зачем же меня при всем честном народе в бок толкать? Как-то это не по-сестрински!

  Хелена опустила сжатый кулак, покосилась на ухмыляющегося  стражника, вскинула голову и прошла мимо него так, что тот лишь рот открыл от восторга!

- Браво, кузина! – шепнул ей менестрель. – Так держать! Мы еще покажем этим столичным снобам, чего стоят провинциальные красотки!

 

  Но тут мост закончился, и «сестрицы» вошли в город. Бедная Хелена даже слегка присела от обилия звуков, запахов и красок, обрушившихся на нее. Выросшая в сельской глуши, она  не предполагала, что обычный дом может быть выше двух этажей. А шум и толкотня на главной улице заставили девушку совсем растеряться и замереть на месте, широко распахнув глаза и приоткрыв рот. Вредный Седрик хихикнул и толкнул ее в бок.

- Кузина! Закрой рот и двигай лапками, ты привлекаешь к нам нездоровое внимание. Выглядишь просто как перепуганная деревенская курица, впервые попавшая в город на ярмарку и пялящаяся по сторонам, разинув клюв.

- А-а? – только и вымолвила потрясенная девушка. – Ты что-то сказал?

  Менестрель укоризненно вздохнул и, схватив «сестру» за руку, потащил ее через толпу, как лодку на буксире.
Людское море захлестывало их со всех сторон, заставляя «плыть по течению», постоянно об кого-то спотыкаться, извиняться, уступать дорогу, огрызаться и давать сдачи.
Неудивительно, что в какой-то момент Хелену, словно прибоем, оттащило в сторону от своей «кузины». Седрик невольно разжал руку, а когда кинулся ловить «сестренку», то ее уже унесло совсем далеко. Дочь кузнеца, затертая толпой, еле-еле сумела выбраться на край мостовой и устало прислониться к прилавку торговца фруктами.

- Красотка, скушай яблочко! – умильно пропел купец, протягивая ей большой, но явно подгнивший плод.

  Девушка разумно отмахнулась.

- Погоди, добрый человек. Не до яблок мне сейчас! Что ты мне его суешь, словно мы в раю, а я – Ева? Не доводи до греха, папаша! Не то скормлю тебе твой плод познания целиком вместе с семечками!

  Торговец опасливо отступил, а Хелена сделала несколько шагов подальше от лавки и окинула тоскливым взглядом запруженную народом улицу.

- Сэнди, сестрица! – жалобно позвала она, дабы не нарушить маскировки. – Я тут одна без тебя пропадаю!

- Не плачь, красавица, со мной не пропадешь! – раздалось откуда-то сбоку.    

   Какой-то неприятный старикашка в богатых одеждах протянул к Хелене тощие руки, явно желая обнять ее.

- Будешь покладистой умницей, я тебя пристрою…

  Бум! Это с плеча гневно развернувшейся девицы, громко лязгнув, упала котомка. И приземлилась как раз на подагрическую ногу старого сластолюбца. Тот пискнул и шлепнулся на землю, закрыв глаза.

- Эй ты, потаскушка! Что случилось с нашим хозяином? Отвечай, живо!

  К Хелене быстрым шагом подбежали рослые слуги в синих ливреях. Дочь кузнеца набрала воздуху в грудь, чтобы поведать им о непотребных желаниях гнусного старикана. Но  выросший словно из-под земли Седрик  толкнул ее себе за спину и заголосил на всю улицу.

- А что с ним могло случиться? Наверное, солнышко осеннее макушку напекло, вот он и брякнулся в обморок. А моя кузина совершенно случайно оказалась рядом. Пошли, дорогая родственница, у нас еще дел куча.

  Хелена облегченно выдохнула и торопливо подобрала котомку. Очнувшийся дедок открыл один глаз.

- Красавица…Чаровница…Фея… один поцелуйчик? – проблеял он.

- Вы ей противны, пошляк! – с достоинством ответил менестрель.

  И «сестрицы» дали деру, не дожидаясь, пока на место происшествия явится городская стража.






Нет комментариев. Ваш будет первым!

Загрузка...







Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru