"Дорога без начала и конца" Глава 7. "А где-то по рельсам, по рельсам, по рельсам - колеса, колеса, колеса…"
Автор:
Марта
Соавтор(ы):

Галина Семизарова

Жанр:
  • Фэнтези
  • Сказка
  • Приключения
  • Реализм

- Себастьян, прости, - шепнула она мне в ухо.

- За что? – прохрипел я.

- Я тебя опять втянула. Это моя война, понимаешь?

- Нет! И понимать не хочу! Маленьким девочкам воевать запрещено! Когда все закончится, я тебя отшлепаю, а потом снова  повторю эти слова .

  Больше я ничего не сказал. Берег дыхание. Нога гудела и ныла, но пока что исправно сгибалась и разгибалась.
Мы выползли наружу сквозь какую-то дощатую дверцу, отогнув одну доску. И оказались среди знакомых гаражей и складов.

- Отсюда до вокзала - пара кварталов. Вам ведь нужно поскорей убраться из города, я правильно понял? – музыкант пожал мне руку. – Удачи! Постарайтесь не попасться на глаза фараонам.

  Он нырнул обратно в дыру. Мы, взявшись за руки, медленно побрели вдоль кирпичных и железных стен. Бежать уже не было сил.
К счастью, на пути нам никто не встретился. Вынырнув из очередной подворотни, я с удивлением увидел перед собой привокзальную площадь. Рекламные огни были погашены, над городом занимался тусклый рассвет. Мы ускорили шаг. Вошли в здание вокзала. Я хотел сразу же кинуться к кассам, но Элис буквально повисла у меня на руке.

- Нет, Себастьян, не надо!

- Ты что, совсем рехнулась? Нам отсюда валить пора! И как можно скорее!

- Пожалуйста! - она чуть не плакала. - Идем на перрон! На первую платформу. Я знаю, что говорю, Себастьян, ну поверь мне!

  Ничего не понимая и мысленно выкрикивая самые непечатные слова, я молча шагнул вперед. Стеклянные двери бесшумно разъехались и сомкнулись за нашими спинами.

- И что теперь? - буркнул я, поеживаясь на стылом предрассветном ветру.

- Подожди чуть-чуть… - начала девушка и не закончила  фразы.

  Вдоль пустого перрона к нам бежал печально знакомый лысый тип в сером. Рядом с ним мчались двое полицейских в касках и один мужик в шлеме и с копьем. Пронзительный свист прорезал воздух. Я крикнул Элис:

- Беги!

И сделал шаг вперед, заслонив ее собой.
Она не двинулась с места.

Только вдруг присела на корточки  и начала что-то чертить на земле, приговаривая какие-то слова лихорадочным шепотом.

- Беги, ненормальная!

  Мужик в медном шлеме уже занес копье над головой. Полицейский выхватил пистолет.
 Грохот и лязг колес обрушился на нас лавиной звуков.

Поезд, возникший из ниоткуда, мчался прямо к нам, не касаясь  рельсов!  Вот он издал оглушительно громкий протяжный гудок. Откуда-то из-под колес вырвалась струя пара.
Наших преследователей  сдуло в сторону и отшвырнуло к стене вокзала.
Поезд замедлил ход. Я увидел открытую дверь одного из вагонов. Втолкнул туда Элис, сунул ей в руки гитару. Потом сам повис на подножке. Попытался подтянуться. Это мне почти удалось, но проклятая раненая нога тянула  вниз, как гиря.

Но тут девчонка, всхлипывая и бормоча такие слова, услышав которые  мой командир покраснел бы со  стыда, буквально втянула меня в тамбур за шиворот.

Я собрал последние силы. Встал. Дотащился до ближайшего купе и бросил туда свои вещи. Потом вспомнил  про дурацкий карнавальный грим. Наверно, сейчас я похож уже не на пирата, а на Чингачгука в полной боевой раскраске. Надо хоть умыться, что ли. Я сделал несколько шагов по направлению к умывальнику. Нога и голова одновременно взорвались фейерверком жуткой боли. И тут я, кажется, все-таки отключился.

 

Лучше бы я этого не делал!  Потому  что подсознание, сложившее банки с литрами, быстро отправило меня на последнюю войну.
Мы снова тащились по пустыне, охраняя конвой с беженцами. В какой-то несчастный  момент чертов террорист сумел приблизиться к припаркованной на стоянке колонне автобусов  - под видом «спасателя» с продовольственными наборами и подарками для детей. Последнее, что я помню – глаза маленькой девочки с пластмассовым паровозиком в руках. Когда заминированная машина «рванула», взрывной волной меня отбросило в сторону.
Я лежал на земле среди раненых и убитых, и на лицо мне капала чужая кровь…

- Не-ет! – заорал я, внезапно осознав, что детские глаза на чумазом личике до боли напомнили мне другие, принадлежавшие Элис.

  И очнулся. Не сразу поняв, что лежу на полке, и на лицо мне капают ее слезы.
Поезд мерно стучал колесами, благополучно унося нас от странного города Валенбурга и всех его политических разборок. Я приподнялся на локте и посмотрел в окно. Там опять расстилалась безбрежная морская гладь. Край солнца не спеша поднимался над водой, раскрашивая волны в золотой цвет. Покой и безмятежность царили над этой привычной и прекрасной картиной.

- Будем надеяться, что никакой «Трафальгар» или «Вирджиния» тут не всплывут – буркнул я, снова откидываясь на подушку.

  Наверное, следовало спросить Элис – о какой войне она говорила? Но пока на это не было ни сил, ни желания. Хотелось элементарного: раздеться, нырнуть под одеяло  и просто полежать в тишине. И чтобы ничего нигде не болело. Но для того, чтобы все это проделать следовало, как минимум, стянуть с себя башмаки. Свои армейские ботинки я любил и ненавидел одновременно. Они были удобны при ходьбе и просто незаменимы в любой драке, но вот шнуровать их было – сущее наказанье!  Особенно, с моим коленом. Как-то не получалось у организма никакой дружбы с искусственным суставом. А, кроме всего прочего, я до сих пор не мог понять – что там может болеть?!

  Я кое-как сел на полке, опустил ноги на пол и попытался развязать шнурки.

В голове снова предательски зашумело. Я вцепился пальцами в край стола с одним единственным желанием – не отключиться. Возвращаться в пустыню совершенно не хотелось…

- Черт! – пробормотал я. – Вот же засада! Чувствую себя каким-то Железным Дровосеком, попавшим под дождь! Все скрипит и ничего не гнется! Хотя титан вроде бы не должен ржаветь?

  Элис восприняла мои слова, как руководство к действию. Она мгновенно вытерла слезы и тут же бросилась мне помогать. Я позволил себя раздеть и уложить. Хотя с детства этого не любил. И никого прежде к своей персоне не подпускал. Маменька едва не разорилась на няньках, которые, словно утки  в осеннюю пору, улетали из нашего замка пачками. В общем, в этом плане я рос редкостным упрямцем. Вот только о том, кто из моих предков был таким же «подарком к празднику» история умолчала. Возможно, что и его портрет может обнаружиться в дровяном сарае. Интересно было бы послушать – о чем он беседует с прадедушкой Бёррисом долгими зимними ночами? Если, конечно, они оба не попали куда-нибудь в печку…

  При слове «печка» в моей дурной голове что-то щелкнуло – и из памяти полезли строчки:

 

Такой у нас нрав спокойный, что без никаких стараний,
Нам кажется путь окольный кратчайшим из расстояний.
Оплачен страховки полис, готовит обед царевна...
Но помни: отходит поезд.  Ты слышишь?! Уходит поезд сегодня и ежедневно.

Мы пол отциклюем, мы шторки повесим, чтоб нашему раю - ни краю, ни сноса.
А где-то по рельсам, по рельсам, по рельсам - колеса, колеса, колеса, колеса...
 
От скорости века в сонности живем мы, в живых не значась...

Непротивление совести - удобнейшее из чудачеств!

И только порой под сердцем кольнет тоскливо и гневно:
Уходит наш поезд в Освенцим!
Наш поезд уходит в Освенцим сегодня и ежедневно!

 

  Подсознание тут же услужливо подсунуло мне кадры военной кинохроники, и

они были куда страшнее пережитого мной в ливийской пустыне.

Огромные комнаты, наполненные... очками, десятками тысяч пар обуви, ... детскими вещами... Смотришь, и понимаешь, что у тебя внутри пустота.

А волосы шевелятся от ужаса. Ужаса осознания, что эти очки и туфли принадлежали живому человеку. Может быть, почтальону, а может быть студенту. Обычному рабочему или торговцу на рынке. Или девушке. Или семилетнему ребенку. Освенцим. Место зла и бесчеловечности…

  Я вздрогнул. Сел на своем ложе, и, наконец, задал вопрос, который мучал меня уже несколько дней.

- Девочка моя! Я не стану тебя спрашивать – откуда ты взялась? Но ответь мне – что  это за поезд? И скажи - куда мы едем?

  Элис подняла на меня глаза. В эти глаза можно было заглянуть, как в дом, когда на окнах нет занавесок. И, заглянув в них, я увидел огромную печаль, так не присущую  молоденьким девушкам.

- Это волшебный поезд, – прошептала  она.

– Он называется «Голубая Стрела».

- Че-ево? – изумленно протянул я, мало сейчас отличаясь от того, злодея у которого я интересовался «квадратом гипотенузы».

  Элис вздохнула, опустила глаза и принялась крутить в пальцах прядь  волос.

- Ты думаешь – я сумасшедшая?

- Вовсе нет! – оптимистично отозвался я, прогоняя от себя именно эту мысль. – Просто никогда на таких  не ездил…

- Так сошлись звезды, что раз в сто лет этот поезд приходит на самый обычный земной вокзал. Причем, никто не может заранее предсказать – в какой именно город он приедет.  Ты оказался на нужном вокзале в нужное время. Хотя, может быть, все дело в твоем имени.

- А что в нем такого? – глупо спросил я.

- Себастьян - римский легионер, христианский святой, почитаемый как мученик. А еще Себастьян - путешественник, он изучает мир, чтобы понять смысл жизни.

  Я присвистнул.

- Ну, надо же! Я ведь и вправду – легионер, хотя и бывший. Вот только на святого я мало похож.

- Зато на мученика - вполне! – наконец-то, улыбнулась Элис.

  А потом наклонилась и осторожно поцеловала меня в разбитые губы. Но я даже толком на это не отреагировал. Мысли мои были заняты поездом.

- Так, хорошо, – сказал я, уклоняясь от очередного поцелуя. – А почему ты назвала его «Голубой Стрелой»?

- А ты что - не читал сказку с таким названием? – удивилась девушка.

- Нет, – хмыкнул я. – В моей жизни хватало других сказок. И однажды я их невзлюбил. И читать перестал.

- Ну, и зря! Этот сказочный поезд сбежал от вредной Феи к бедному мальчику Франческо! Мне так нравилась эта книжка, что я зачитала ее до дыр!

- Хм! А от кого сбежала ты? И кто за тобой охотился?

- Одни мерзавцы. Это же не простой поезд, а межпространственный. Ну, или межконтинентальный – кому как нравится. Воюющим сторонам такая штука, ой-ой, как нужна! А я умею его вызывать…

- Ага! Паззл начинает складываться! – подумал я. - Стало быть, я мыслил правильно:  эти подонки  пасли девочку от самого бара. Типа "группа захвата". Со спецподготовкой. Это объясняет, почему я в одиночку не смог с ними справиться. Мда! Кажется, я слишком рано списал себя в утиль! А как же первое правило легионеров – никогда не сдаваться?

  Я вспомнил, как нам говорили: "Главная наша задача сегодня состоит в предотвращении военных действий". Собственно, этим я и занимался все последние пять лет. И не исключено, что продолжал бы делать это дальше – если бы не проклятая коленка, из-за которой мне пришлось прервать контракт…

- А вот интересно – что было бы, если бы из трех своих имен я выбрал какое-нибудь другое? – улыбнулся в ответ я.

- Не знаю, – вздохнула Элис. – Но мне почему-то кажется, что от судьбы убежать нельзя.

- Ага! Зато можно от нее уехать! На поезде. Давай, рассказывай мне свою сказку! Хочу, как говорится, изучить матчасть!

- Хорошо. Слушай! – сказала Элис, устраиваясь у меня под боком, и стараясь не задеть мои побитые ребра. - Жила такая синьора – без пяти минут баронесса. Не самая плохая, в общем, тетка. Но немножечко скупая. И вот однажды говорит она своей служанке:

 

- Итак, подведем баланс. Дела в этом году неважные, денег маловато. Еще бы, все хотят получить от Феи хорошие подарки, а когда речь заходит о том, чтобы платить за них, все начинают торговаться. Все стараются брать в долг, обещая уплатить потом, как будто Фея – это какой-то колбасник. Впрочем, сегодня особенно жаловаться нечего: все игрушки, которые были в магазине, разошлись, и сейчас нам нужно будет принести со склада новые. Я рискую заболеть воспалением легких, разнося свои товары, и никакой благодарности! Этот не хотел деревянную саблю – подавайте ему пистолет! А знает ли он, что пистолет стоит на тысячу лир дороже? Другой, представьте себе, хотел получить аэроплан! Его отец – швейцар курьера секретаря одного служащего лотереи, и было у него на покупку подарка всего триста лир. Что я могла подарить ему за такие гроши?..

 

  Я начал дремать, убаюканный голосом Элис. И видел себя то - Начальником поезда, то - Машинистом, то - Летчиком, то – Генералом войска оловянных солдатиков… История была длинная, забавная и запутанная. Но больше всего мне понравилась в ней одна фраза: «Все игрушки мира не стоят одного друга».



Похожие публикации:

"Дорога без начала и конца" Глава 1. "Я на страницах старых книг себя в чужих портретах вижу"
Главный герой отправляется в путь, садится ночью на странный поезд и встречает загадочную попутчицу.
"Дорога без начала и конца" Глава 3. "Вышел месяц из тумана…"
Герои расстаются, чтобы вновь встретиться при самых драматичных обстоятельствах.


Нет комментариев. Ваш будет первым!

Загрузка...









Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru