"Есть только миг между Прошлым и Будущим..." Глава 25."Если рыщут за твоею непокорной головой, чтоб петлей худую шею сделать более худой…"
Автор:
Марта
Соавтор(ы):

Галина Семизарова

Жанр:
  • Фэнтези
  • Космос
  • Историческая

Громкий стук вырвал Симона из объятий сна. Юноша вскочил, ничего не понимая. Неправдоподобно большая луна заглядывала в окно, заливая каморку ярким светом. Том и Бэкки, крепко спали, а кто-то отчаянно бился в дверь снаружи.

- Что случилось?! – хриплым шепотом спросил Симон.

- Откройте, прошу вас! Моя матушка…

  Юноша сбросил крючок с петли запора. Заплаканная бледная Глэдис стояла за дверью и умоляюще протягивала к нему руки.

- Ночью моей матушке стало хуже, - еле выговорила она, давясь слезами, - Лекарство, что дал ей мистер Эли, уже закончилось. Мистер Саймон, умоляю, помогите мне!

- Вы хотите, чтобы я проводил вас к аптекарю? – сообразил юноша.

- О, да, и как можно скорее! Поверьте, я никогда бы не осмелилась обратиться к вам с такой просьбой, но у дядюшки Робина, как на грех, разболелась спина, а порядочной девушке не годится бродить по темным улицам в одиночку.

- Я помогу вам, Глэдис! – уверил бедняжку  Симон.

  Они вышли из гостиницы в пустой, едва озаренный светом далеких факелов переулок. Луна спряталась за тучу, идти приходилось почти в полной темноте. Симон взял Глэдис под руку, девушка смущенно прошептала какую-то благодарность. Узкий кривой переулок вывел их на широкую улицу. Факелы здесь горели ярче, а из приоткрытых дверей трактиров доносились пьяные крики и брань. Глэдис, задрожав всем телом, невольно прижалась к Симону.

- Здесь порт близко, - шепнула она. - Боже правый, помоги нам!

  Юноша пошел быстрым шагом, стараясь как можно скорее пересечь неприятное место. Девушка, задыхаясь, изо всех сил старалась поспевать за ним.
Внезапно дверь ближайшего притона с грохотом распахнулась. Оттуда с гоготом вывалился детина в заляпанном мундире. Он споткнулся, чуть не рухнул на пороге, но удержался на ногах. А потом качнулся и обеими руками вцепился в юбку Глэдис.

- Постой, красотка! – прохрипел мерзкий тип. - Куда спешишь так поздно? Задержись, и я развлеку тебя получше, чем этот тощий птенчик.

  Он с силой рванул девушку к себе. Глэдис вскрикнула, невольно отпустив руку Симона. В тот же миг кулак юноши впечатался в квадратную челюсть негодяя. Тот, захрипев, повалился, на мостовую.

Девушка вырвалась и отшатнулась в сторону.

- Глэдис, беги! – отчаянно закричал Симон, видя, что из трактира на помощь дружку выскакивают еще двое бандитов.

 Он успел ловко пнуть первого под колено и увернуться от занесенного кулака второго. Но тут стукнутый им детина  поднялся, кинулся в драку и с грязной руганью повис на плечах юноши.

- Ты запомнишь меня, ублюдок! – прорычал он в ухо Симону. - Болтаться тебе завтра в петле на рыночной площади!

  Симон напряг все силы, чтобы скинуть с себя врага. Ударил, не глядя, локтем куда-то назад и, кажется, опять попал ему по лицу. Злодей взвыл и ослабил хватку. Юноша рванулся вперед, оставив разорванный плащ в руках бандита. Но кто-то из его дружков подставил Симону подножку, и он с размаху рухнул на грязные камни.

- Мистер Хьюз, этот бродяга не повредил вам?

  Юноша попытался поднять голову, и дуло мушкета уткнулось в его лоб.

Подоспевшие стражники кольцом окружили Симона, а самый важный с большой кокардой на треуголке, почтительно помогал подняться избитому им громиле. Злодей вытер кровь под разбитым носом и злорадно прогнусавил:

- Ты пожалеешь, сопляк, что напал на сына начальника городской стражи!

  Солдаты рывком подняли Симона на ноги. Юноша успел бросить по сторонам пару быстрых взглядов. По счастью, улица была пуста.

- Хорошо хоть Глэдис успела сбежать. Теперь она в безопасности и сможет рассказать о моей беде Волчатам.

  Сын начальника стражи подошел ближе, размахнулся… и мир вокруг рухнул в темноту…

 

  Когда железная дверь с лязгом захлопнулась за его спиной, Симон медленно встал, держась за стенку, и в тусклом свете, сочащемся через тюремное окошко, попытался рассмотреть свое узилище. Ничего интересного он, конечно, не увидел. Обычный каменный мешок с покрытыми плесенью стенами и каким-то подобием лавки. Опустившись на убогое ложе, юноша со вздохом ощупал гудящую голову. За ухом наливалась шишка размером с хороший грецкий орех. Правый глаз медленно, но верно заплывал, однако, ни головокружения, ни приступов тошноты Симон, по счастью, не ощущал.

- Ну, хоть сотрясения мозга нет, - пробормотал он. - Хотя уже не знаю, есть ли там чему сотрясаться? Так эпично наступить на те же грабли может только законченный идиот!

  Он слегка помассировал правую кисть и хмыкнул, глядя на разбитые в кровь костяшки пальцев:

- Как говорится: «Сема, береги руки!» Нет, это просто дурная карма какая-то! Второй раз в жизни загреметь в поганое Прошлое и снова угодить в нежные объятия стражи! И как теперь из всего этого выпутываться?

  Он вспомнил, кого ему пришлось угостить парой крепких ударов, и помрачнел еще больше.

- За расквашенный нос сыночка главного стражника мне, конечно, достанется по полной программе. Черт! Помнится, этот урод говорил что-то о веревке…

  Симон передернул плечами, и мысли его перескочили на Волчат.

- О том, что я загремел в кутузку, Глэдис сразу же расскажет моим юным «родственникам». Лучше бы им после этого быстро строить свою Лунную Дорогу  и валить из поганой Англии ко всем чертям! Так ведь нет же! Насколько я успел изучить «сладкую парочку», Том и Бэкки, рискуя жизнью, кинутся меня спасать...

  Тут Симону очень захотелось взвыть, но не от боли, а от страха за детей.

- Вся надежда на хроноскаф и того, кто возле него дежурит. Стоп! А с чего я решил, что кто-то вообще будет ждать нашего возвращения, сидя у старых часов?! О нашей «экскурсии» в проклятую Ротонду  никому ничего неизвестно.

А Патер думает, что менты загребли нас в «обезьянник», и теперь с помощью знакомого полицейского обшаривает все участки.

  Юношу бросило в жар. Он вскочил и задрал рукав, под которым стражники по чистой случайности не заметили браслет.

- Если я немедленно с кем-нибудь не свяжусь – пиши, пропало! В любую секунду меня могут потащить отсюда на допрос, а то и на плаху.

  Симон покосился на дверь. Стук шагов охранника был еле слышен в глубине тюремного коридора, и юноша решился. Он потер камешки, и, к его радости, они вспыхнули ярко-зеленым светом. Браслет чуть слышно запульсировал и зазвенел.

- Симон, это ты?! Где ты сейчас? Что с вами случилось?! - встревоженный голос Патера разнесся по тесной камере. - Отвечай, ты за решетку угодил, что ли?

- За решетку! – вздохнул Симон. - Только не в родном Питере, а в Англии семнадцатого века, будь она неладна!

- Что ты сейчас сказал?!

  Голос Патера как-то странно дрогнул.

- Что слышал. Меня и Волчат закинуло в Прошлое. Город Карнарвон, тсяча шестьсот сорок девятый год, эпоха правления Оливера Кромвеля. Все в точном соответствии строчкам твоей баллады. Ох, говорила же новая подружка Павла, что со словом нужно быть предельно осторожным!

  Симон в нескольких словах пересказах музыканту свои злоключения.

- Теперь вот сижу в тюремной камере, жду приговора, – мрачно закончил он. – Но больше всего боюсь за Тома и Бэкки. Ребята могут пострадать, если бросятся мне на выручку.

- Понятно. Я вас вытащу!

В голосе Патера зазвенела сталь.
- Симон, мальчик мой, только продержись до моего прихода! Я по винтику разберу этот чертов хроноскаф, но пробьюсь в Прошлое!

  Голос музыканты вдруг стал отдаляться, а потом совсем затих. Как оказалось, вовремя. За дверью вновь загремели шаги, потом лязгнул засов…

- Патер велел мне держаться. Твою ж дивизию – как?! Не драться же мне с целым тюремным гарнизоном? Хотя, кажется, есть идея. Прикинусь-ка я временно больным и к передвижению неспособным. Допустим, что удар по голове сработал, как надо.

  С этой мыслью Симон рухнул на пол, раскинув руки и ноги и притворившись, что потерял сознание. Вошедшие стражники потоптались рядом, потом один из них нерешительно пнул юношу в бок.

- Сдох он, что ли?

  Симон старательно издал придушенный стон.

- Жив, вроде, только встать не может! – обрадовался другой. - А начальник наш, мистер Хьюз, сказал, что хочет лично этого бродягу допросить. Стало быть, лекаря звать надо. Пусть поставит его на ноги.

- Ненадолго! – зловеще хохотнул первый стражник. - Чтобы собственными ножками до виселицы дошел!

- Ладно, кончай болтать. Пошли за лекарем.

  Тюремная дверь захлопнулась. Симон перевел дыхание и открыл глаза.

- Один-ноль, - пробормотал он. - Пока что я перехитрил этих железнобоких придурков и выиграл себе еще пару часов жизни. Мда-а! Если есть на свете справедливость, хроноскаф должен заработать прямо сейчас! Потому, что бессмертие штука, конечно, хорошая  - кабы за ним не стояла печально известная Госпожа. Когда меня сбила Лизина машина, старуха, хоть и со скрипом, но разрешила мне вернуться в Нижний мир. Уж не знаю, что она скажет сейчас. Павел, помнится, рассказывал, что он со своими дамами в очередной раз выставил Смерть круглой дурой. Вдруг старая ведьма решит на мне отыграться?

  Сквозь зарешеченное окно проскользнул лунный луч и ободряюще коснулся руки юноши.

- Волчата сочли бы это добрым знаком. Буду верить, что помощь близка!

  В коридоре вновь послышались шаги, и Симон тут же закрыл глаза, притворяясь бездвижным телом.

 

  Патер проглотил ругательство и с силой врезал кулаком по краю стола. Тревога за Симона и усиливающееся чувство вины жгли его все сильнее.

- Я не спас старого учителя, я не спас Настю…- как в бреду, прошептал маэстро.

- Но Симона я должен спасти, будь я проклят! Иначе, зачем жить?!

  В воспаленном сознании Патера  слились воедино страны и эпохи.

И подонки, уводившие его жену, и прихвостни Лорда-Протектора стояли перед  глазами в одном строю, глумливо хохоча.
Рука музыканта невольно дернулась к поясу, ища эфес несуществующей шпаги.
Синие глаза полыхнули давно забытым бойцовским огнем.
Если бы маэстро увидел сейчас себя в зеркале, то не узнал бы своего отражения! Впервые за много лет, он стал похож на себя, прежнего. Офицера,  русской армии, прошедшего поля Первой Мировой.
Скулы его закаменели, губы  сжались  в твердую линию. Патер развернулся к хроноскафу и протянул руку к  стрелкам. В тот же мгновенье, облако, скрывшее  луну, растаяло, и серебряный свет затопил комнату. Руны и таинственные знаки, испещрившие корпус старинных часов, вспыхнули в ответ и засияли холодным льдистым огнем. Стрелки дрогнули, первый тяжелый удар гулко раскатился в воздухе.

- БОМ-М-М!

  Циферблат полыхнул ярче луны, и на полу возник призрачный круг из трепещущих в воздухе серебряных лучей

- Я должен пойти туда сам, - понял маэстро. – Только бы успеть спасти Симона! Как он объяснял мне когда-то? «Смело шагни в круг, обозначенный стрелами Божественной Селены. Назови искомое место, и ты очутишься там!»

  Не колеблясь ни секунды, Патер сделал шаг вперед.

- Англия, Карнарвон, год одна тысяча шестьсот сорок девятый, - выдохнул он.

  И все потонуло в сиянии…

 

Переход вышел на удивление удачным. Маэстро не почувствовал ничего, кроме легкого головокружения. Он невольно качнулся и оперся рукой обо что-то твердое. Медленно открыл глаза, огляделся по сторонам.

Яркий лунный свет сменился приглушенным жемчужным сиянием, струившимся с неба сквозь низко нависшие облака. Патер стоял, касаясь могучего ствола старого ясеня. И корень его, и нижние ветки окутывал густым мягким покрывалом  изумрудный мох. Под ногами музыканта стелилась неширокая тропинка, убегающая в поросшие вереском холмы. Воздух был влажный и свежий. Остро пахло молодой листвой, как после дождя.
Но к этому аромату примешивался едкий запах гари.
Маэстро сделал шаг вперед, растерянно провел рукой по лбу. И эта узкая тропа, и зелень спелой травы, спорящая с сединой разбросанных в ней камней, и низкие каменные изгороди далеко впереди и даже острый силуэт сторожевой башни неведомого замка далеко на горизонте  - вдруг показались ему странно знакомыми.
 Налетел ветер, огоньки вереска под ногами Патера качнулись, словно приветствуя его. Откуда-то донесся легкий перезвон бубенчиков и блеянье овец.  Музыкант сделал еще несколько шагов и вдруг вспомнил.

 Он шел по этой дороге. Когда-то немыслимо давно, несколько сотен лет назад. Она так же вилась под его ногами, дорожный посох мерно стучал о камни, и в такт ему негромко позванивала за плечами лютня. Маэстро знал, что через несколько поворотов тропинка выведет его к протекающему через пастбище ручью, а потом вдали появятся растрепанные деревенские крыши, похожие на стожки сена. Босоногие ребятишки со смехом выбегут ему навстречу, и будет долгий вечер в трактире, сияние свечей, внимательные глаза слушателей. Простых крестьян, которым добрая песня нужна не меньше, чем краюха хлеба после тяжелого дня пахоты или глоток воды в жаркий день.
И будет еще один взгляд зеленых, родниковой чистоты, глаз, полный тепла и нежности. И тонкие пальцы коснутся его щеки, смывая усталость и тяжесть пройденного пути…

Как во сне, Патер двинулся дальше, заново узнавая места своей юности.
Вот большой камень, похожий на разбитое сердце. Вот поле клевера, где он искал когда-то заветный, дарующий счастье четырехлистник, да так и не нашел.

А теперь справа покажется полоска молодой рощи, которую, словно сказочные стражи, охраняют три могучих вяза….
 

Рощи не было. На ее месте дымилась черная проплешина. Два мертвых вяза стояли, в бессилии подняв к небу обугленные ветви. Остатки третьего горой остывшей золы лежали на земле. На длинном толстом суку висело чье-то тело. Порыв холодного ветра тронул его, и оно, легко, словно маятник, закачалось на ветру.
У Патера схватило сердце. Он споткнулся посреди дороги, остановился, глотая ртом пахнущий гарью воздух. И внезапно осознал, кто он и куда сейчас попал.

- Ирландия, - прошептал маэстро. - Мой зеленый Эрин, моя родина... Сожженная, растоптанная сапогами проклятых англичан. Но я ведь хотел попасть к Симону, в Карнарвон! Похоже, хроноскаф живет своей, неведомой нам жизнью, раз выбросил меня сюда. Зачем? Не знаю, но, вероятно, для какой-то важной цели. И мне ничего не остается, кроме как идти вперед.

  Он с усилием отвернулся от страшной картины и зашагал дальше.

 

 



Похожие публикации:

"Есть только миг между Прошлым и Будущим..." Глава 4."И проходишь ты над своей Невой…"
В кафе выясняются некоторые не самые лучшие подробности не только Прошлого, но и Настоящего. Симон решает отвезти Маргошу к Лизе и Патеру в Реп...
"Есть только миг между Прошлым и Будущим..." Глава 3. "Пойдем гулять по ноябрю…"
Герои решают пойти в кафе, чтобы отвлечься. Но исторические дебаты все никак не отпускают их.


Нет комментариев. Ваш будет первым!

Загрузка...












Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru