Барьер холода
Жанр:
  • Фантастика

Время здесь замирает.
Меркнет.
Вязнет.
Тянется, как кленовый сироп.
В изнеможении опускаюсь на снег, еле выдавливаю из себя непослушными губами:
- Не… не могу больше.
Он хватает меня за шиворот, тянет за собой.
- Еще шаг. Еще два.
- С у… с ума сошли, хотите здесь нав… нав… нав-сег-да ос-тать-ся?
Смотрю в его лицо, вроде не похоже на лицо безумца, хотя кто его знает, такой и пойдет до конца, и вообще здесь навсегда останется…
Поднимаюсь.
На это уходит полночи.
Держимся за руки, делаем шаг вперед. На это уходит еще полночи.
Светает. Думаю, сколько еще могу продержаться. И когда упаду. Думаю о том, что если упаду, буду падать двое суток, не меньше.
Хочу обратиться к Старцеву, что пора бы и поесть – не успеваю, Старцев кивает:
Еще. Шаг.
Даже не успеваю возмутиться.
Делаю шаг, легко сказать – делаю шаг, на этот шаг у меня уйдут сутки, если не больше.
Думаю, сколько человек может прожить на лютом холоде.
И без еды.
Проходят сутки.
Моя нога касается снега.
Скрип, растянутый в вечность.
Понимаю, что умру – здесь, сейчас, на месте – если мы сделаем еще хотя бы полшага.
Старцев тоже понимает – одними глазами показывает мне – назад.
Сердце сжимается. Вспоминаю, что будет еще путь назад – через голод, через холод, через смерть. Поднимаю глаза…
(…проходит часа три, не меньше…)
…вижу то, чего не могу видеть, чего здесь быть не может и не должно.
Человек.
Там.
Впереди.
Лица не видно – стоит к нам спиной – руки в карманах теплой меховки, голова укрыта наголовником.
Еле выжимаю из себя:
- Смотрите.
Старцев не слышит, измученный долгим путем.
Повторяю – как мне кажется, из последних сил –
- Смотрите!
- Что… что та… такое?
- Вот… впереди…
Наконец, Старцев замечает.
Вздрагивает.
- Ничего… себе…
- Мы… мы можем…
Хочу сказать – можем ли мы ему помочь, понимаю, что не выговорю.
Старцев опережает мои мысли:
Нет. Не можем. Он слишком далеко. Там слишком… холодно.
Отступаем назад. Думаю, что когда достаточно ускоримся, побежим бегом. Ошибаюсь – когда ускоряемся достаточно хорошо, плетемся еле живые в изнеможении.
Доходим до лагеря, падаем без сил. Здесь теплее. Много теплее. И странно, когда шел сюда, казалось, что на отметке сорок восемь – лютый холод, а сейчас наоборот, наслаждаюсь теплом, в сравнении с дальними рубежами здесь тепло.
Смотрим на электронный календарь.
Прыгает сердце.
- Пол… полгода прошло. А казалось, всего ничего…
Набрасываемся на еду – хищно, жадно, глотаем кусками, как дикие звери.
Снова говорю:
- Человек… там…
Старцев кивает:
- Мы ничем ему не поможем.
- Но…
- …хочешь пойти, с ним рядом встать?
- Нет уж, увольте.
- Ну вот.
- Но… как он очутился там?
- Что поделаешь… еще один безумец… вот как мы…
Молчим. Чтобы почтить молчанием того, кто остался там навеки.
- Зато теперь мы знаем… насколько далеко можно зайти.

…величайшее достижение человечества – Сергей Старцев и его помощник Алексей Белых достигли температурного предела в минус тридцать пять градусов…

Я ждал этой заметки в газете.
Но такой заметки не было.
Ни-ког-да.

- Понимаете… вот вы дошли до точки холода… а кто-то раз, и захочет повторить… или перещеголять подвиг ваш…
Главный многозначительно смотрит на нас.
- …и пойдут люди толпами… кто-то там и навсегда останется…
- Не останется. Мы обнаружили предел… там, где человек замер…
- Ну, будут еще на шажочек до замершего добираться, еще на полшажочка… и застрянут там. Так что, други милые, премию мы вам дадим, а за что премию – не скажем…

- Ну что… - верховный судья загадочно улыбается, - за попытку свержения Властирана что полагается?
Пожимаю плечами. Хотя прекрасно знаю – что.
- А я вам скажу, что. Смертная казнь полагается.
Молчу. Что тут скажешь…
- Сами вы себя загубили, сами загубили, вот что я вам скажу. И что вам не жилось? Что вам не жилось, я спрашиваю? Отличное образование, карьера... Перспективы безоблачные… и на тебе…
Молчу. Смотрю на иглу в руках палача, думаю, сразу вонзит или еще подождет, думаю, чего я хочу больше – чтобы вонзил, или чтобы подождал еще миг, час, год…
- Что, думаете, иглой колоть будем?
- Нет, а… а чем?
- А ничем… мы с вами интереснее поступим… пойдемте… повезло вам, в повозке покатаетесь…

…сижу в повозке, которая уже готова скатиться с горы – понимаю, что шансов нет.
Палач толкает повозку.
Холод навстречу.
Ветер в лицо.
Повозка замедляется, подскакивает на ухабе (проходит день), подскакивает (проходит неделя), медленно-медленно падает набок – еще месяц – замирает.
Время останавливается.
Всё.

- Вот, посмотрите, нашел про него… про человека этого.
Старцев читает, изумленно смотрит на меня:
- Это он что… сам писал?
- Нет, конечно… это писатель какой-то про него придумал… про его кончину.
- Писатель? Он это сам выдумал… или видел?
- Видел… на основе документальных кадров…
- А кадры эти сможете мне достать?
- М-м-м-м…
- А вы достаньте, - кивает Старцев – обязательно…

- М-м-да-аа… А вы ничего не замечаете?
Смотрю на видео, отчаянно думаю, что именно я должен заметить.
- Гхм… я в ускорениях-замедлениях не силен…
- Да нет же! – Старцев сердится, - вы посмотрите, посмотрите, он в чем едет? В повозке! Повозку с горы спустили в зону холода. Так? Так. А мы с тобой что видели?
Спохватываюсь:
- Он на снегу стоял.
- Стоял. Вот именно. Значит, из повозки он выбрался.
- Но… это…
- …невозможно? Я тоже так подумал. Но ведь факт налицо, был он в повозке, а теперь стоит на снегу. А значит…
Пауза.
- …а значит, он движется. Медленно… но движется.
- Думаете… он вернется назад? На юг?
Старцев не отвечает.

Я вернулся в город.
Вот написал эти строки и задумался. В город. Легко сказать – в город. Если это можно назвать городом. Город изменился, город перестал быть городом, город вытянулся вверх, вверх, вверх, запутался узлом на самом себе.
Город…
Мимо меня проходят два человека, переговариваются с непонятным лающим акцентом, пытаюсь разобрать слова – не понимаю ни единого слова. Совсем.
Хочу спросить, какой сейчас год.
Не спрашиваю.
Спрашивать не у кого.
Что-то возникает передо мной – из пустоты, из ниоткуда, сияющий куб, тут же складывается пополам, разворачивается в немыслимую фигуру, выпускает трех человек, они, смеясь, идут к высоченному зданию…
Говорю сам себе:
- Я вернулся.
Легко сказать, вернулся.

- Вот, посмотрите – показываю полицейскому записи, - вот это, последнее, он написал, когда в город вернулся… несколько дней назад.
Полицейский смотрит на меня. Не понимает.
- То есть… в город вернулся преступник?
- Да нет же… вы смотрите, там время замедляется в миллионы раз…
- Ой, я в этом не понимаю ничего…
- …а это значит, что он должен был выбраться оттуда через тысячу лет, не раньше.
- А он… постойте-постойте, двести три года прошло. Хотите сказать… помог ему кто-то?
- Да кто бы помог, кто помог, тот сам бы там увяз…
- И как вы это объясните?
- Это можно объяснить только одним способом… значит, он вышел из нашего мира.
- К-куда вышел?
- В другой мир.
- В какой еще мир?
- В мир… где с понижением температуры скорость не замедляется.
Полицейский оторопело смотрит на меня:
- Так вы… что вы, собственно, хотите?
- Ну, вы понимаете… он знает путь в параллельный мир.
- Он убил кого-то? Ограбил? Изнасиловал?
- Нет, но…
- Ну, хорошо… давайте протокол составим…
Понимаю, что ничегошеньки он не понял, ни-че-го, и разбираться мне с этим придется самостоятельно. С миром… с миром, поправшим все законы физики…



Похожие публикации:

Худышка Марта и Хранитель секретов или как поймать сны
Вот, он край света, думала худышка Марта, глядя на заброшенное, выжженное солнцем поле, которое простиралось на много километров. Казалось, кро...
Жука
... предыдущая хозяйка Жуки скончалась. И про собаку, привязанную к будке, все забыли. Хорошо, что веревка была уже старой, истертой. Видно, в ...
Приключения Кормака Черного. Часть 1. Нечистая сила
Таверна "Нечистая сила" славилась на весь город. Где еще можно выпить с оборотнем, поглазеть на живого мертвеца и поделиться кровью с вампиром?...
10:24


05:32
Странно, я, кажется, пропустила этот рассказ. Интересно, в каком мире тот персонаж побывал?)) Уж не в нашей ли глючной вселенной?

Загрузка...









Все представленные на сайте материалы принадлежат их авторам.

За содержание материалов администрация ответственности не несет.


Рейтинг@Mail.ru